Книга Звезда Севера, страница 149 – Вероника Норт

Несмотря на недовольство верховных жриц, Эрон все-таки увез ее на зиму в свое юго-западное имение, подальше от двора и пересудов. И, как она наверняка догадывалась, подальше от Темных земель на востоке, куда был изгнан Илиас.

Половину пути их сопровождали Фрэйл с Инэль, которые тактично не пригласили их погостить к себе, ведь там была Морэн. Вторая половина прошла быстро и спокойно – на этот раз боги благоволили им и не послали непогоды. Только когда они въезжали в ворота, над головами затанцевали первые мягкие снежинки. Наступила зима…

Эви рассказала ему правду – Интар лишил руки не Илиаса, а Карима, его верного стража, предварительно заморозив тому сердце. Затем надел на отрубленную руку перстень принца и велел ей молчать, чтобы не случилось войны и не пролилась кровь Элии. Даже став королем, он не изменился – был все таким же хитрым и пронырливым мерзавцем, как и раньше. И этого мерзавца придется оставить в живых ради мира…

Эви встала. От ее потеплевшего взгляда недобрые мысли развеялись, как дым на ветру, и Эрон улыбнулся. Бесшумно ступая по пушистому ковру, она подошла к нему и помогла снять отсыревший плащ. Эрон приподнял ее подбородок, заглянул в глаза цвета моря, не удержался и нежно коснулся губ большим пальцем. Ее щеки вспыхнули. Ему хотелось впиться в эти губы поцелуем, сорвать с нее платье, вдохнуть аромат ее волос, ласкать нежную гладкую кожу… Он убрал руку и полез в карман.

— Тебе письмо от Интии.

Выхватив помятый конверт, Эви сломала печать и бросилась к окну, где было больше света. Эрон налил себе вина и сел в другое кресло.

— Что пишет? – спросил он через некоторое время, когда ее плечи расслабились, а листы бумаги перестали дрожать в руках.

— Элия жива, – выдохнула она. – Видения слабые и непонятные, но она жива.

Эрон промолчал. Он чувствовал вину за то, что Элия попала в руки Илиаса, а сейчас к этому добавилась беспомощность и копящееся раздражение. Жрицы не желали помогать – след Илиаса исчез в Темных землях сразу после того, как они провели обряд, лишивший его дара. Тем самым он получил преимущество – стал обычным человеком, невидимкой в общей серой массе, чью энергию сложно отследить через чашу. Элию, как чужеземку и избранную, Интия еще видела, но и ее образы становились все более туманными и непонятными.

Эрону бы хотелось самому взяться за поиски мерзкого отродия Интара, но важнее было состояние Эви. Ее душевное равновесие было таким хрупким, что он боялся оставить ее одну или сделать что-то не так. Вдали от замка ей стало лучше – она любила горы и уединение, а время потихоньку залечивало раны, но Эрон знал, что только спасение сестры и смерть Илиаса принесут ей долгожданный покой. Может быть, тогда она перестанет вздрагивать от прикосновений или засыпать на мокрой от слез подушке.

— Интия пишет, что собирается весной посетить все пять королевств, а потом отплыть на Вольные острова. – Эви покачала головой. – Ей не сидится в четырех стенах. Даже не знаю, как она столько лет прожила в храме.

— В храме не было ее ужасной мамаши, – пробормотал Эрон.

Слава Отцу и Матери, что он сразу отказал Интару в день подписания мирного договора и окончательно расторг помолвку с его дочерью. Она была хорошей девушкой, и он испытывал к ней бесконечную благодарность за спасение Эви, но… Он не любил ее и никогда бы не полюбил. И даже Элифу она была бы не парой, если подумать. Слишком сильна в ней страсть к авантюрам и путешествиям. Элифу была нужна только Нэвия. Ради нее он пожертвовал собственной жизнью…