Книга Дочь Мидисы, страница 74 – Кристина Шефер

Не очень понятно, что сам Колин чувствовал ко мне. Он ни разу не дал понять, что я ему нравлюсь как женщина. Хотя по кому я могу судить? Марин, когда смотрел на меня, казалось, хочет сожрать целиком и глазки у него такие сальные становились, что хотелось помыться. Хорошо, что моя интуиция часто выручала. Не хотелось бы на себе почувствовать все его мысли. Колин же смотрел на меня я сама не понимала как. Не привычно для меня. Чаще всего смотрел отстраненно и спокойно. Прячась за этой маской спокойствия. Иногда отпускал себя и я видела заинтересованность, восхищение, желание тоже было, но какое-то более спокойное что ли. Правильное. Не было той мерзости во взгляде. И сделать что-то в этом виде мальчика, чтобы разобраться в этом, я не могла. Только сидеть и мечтать о несбыточном, делая вид, что все хорошо и вообще это не со мной. Вам показалось.

Стук.

— Войдите.

В комнату вплыл, а иначе это и не назовешь, мужчина. Он двигался плавными перетекающими хищными движениями, как притаившийся зверь в засаде. Войдя, он замер в поклоне единого слова. Незаметно для остальных, по привычке осматривал помещение на предмет неучтенных факторов. Он был огромным, как редкий гладиатор для элитных боёв. Одет во все чёрное, с замотанным лицом, так, что видно было только глаза. Лишь сверху накинут светлый халат без опознавательных знаков.

— Докладывай.

Мужчина выпрямился и начал доклад:

— Мы нашли два их укрытия, но или они нас вычислили, или мы не успели буквально на пару часов. Оба раза помещения они только что покинули.

— Норман, ты отупел?! Не можешь двух мужиков да бабу поймать?! — вспылил хозяин.

— Они не обычные люди. И передвигаются обдуманно, профессионально. Видно, большой опыт в подобных операциях. Маги. Я почувствовал присутствие магии разной направленности. Оба раза.

— Меня не волнуют детали. Уничтожьте их. Пока не достигните цели, можете не возвращаться. Ты меня понял?

— Да, хозяин.

— Закрепляю приказ кровью. — мужчина подошёл, смахнул полы арафатки, мазнул кровью по ошейнику — При попытке меня предать — сдохнешь. Как и твой отряд, и их семьи. Иди.

Взгляд Нормана остекленел и внутри глаз засветился слабый зелёный огонек, губы сузились в тонкую полоску, клыки выдались вперед.

— Слушаюсь, хозяин.

Через несколько дней я окончательно привыкла к кочевой жизни. У нас сложился свой быт. Все действия отработались до автоматизма.

Мы пару-тройку раз в день пересекались с караванщиками, что шли навстречу. Иногда кто-то обгонял, но чаще всего это были конные, без поклажи. Многие даже умудрялись выменять или прикупить что-нибудь у проезжающих.

Тот караван, что шел за нами, мы специально пропустили вперёд день назад, чтобы сильно не было заметно наше исчезновение. Да и один из охранников стал очень навязчив. Большой такой, как медведь, грузный. Мне не нравился взгляды, которые он бросал на меня.

Началось все вполне безобидно, но в какой-то момент он начал пытаться предпринимать какие-то шаги к сближению со мной. В тот день я проснулась раньше остальных и поскорее пошла к морю. Я смотрела на волны всю дорогу, но ещё ни разу не была на берегу. Всю жизнь жить на море, но по факту даже не потрогать его удручает, не правда ли? Так вот… проснувшись и поняв, что все ещё спят, решила не упускать шанса. Отошла от нашей стоянки, прошла небольшой, заросший камышами холми спустилась к морю. Оно было почти спокойным, колыхались небольшие волны, чайки приземлялись на берег и хватали маленьких рачков, что жили в отверстиях прямо в песке. Солнце ещё не встало, только начинало светать. Дул лёгкий ветерок. Было прохладно, но я сняла ботинки, носки и закатав штанины, зашла по щиколотку в солёную воду. Вода омывала ноги. Они проваливались глубже в песок, но это было так приятно.