Книга Дочь Мидисы, страница 24 – Кристина Шефер

Поставив корзинку, начала ее разбирать и раскладывать по ящикам. Тут из-за шкафа донёсся вопль. Я напряглась и прямо с пучком в руке пошла на звук. Мне предстала забавная картина.

— А я тебе говорю, у меня коленка болит! Вот, смотри, слышишь, как скрепит? — сказал старик Рамон, сидя на табуретке перед мамой Аришей и сложив одну на другую коленку с поднятыми до колен штанами. И туда-сюда медленно поднимал верхнюю ногу. К слову, коленка действительно издавала слабенький звук.

— Да все у тебя нормально. Это возраст. И не болит у тебя ничего. Что ты мне рассказываешь?

— Болит! — кричал дальше Рамон и как стукнет по столу. Даже мне стало слышно звук треска. Интересно это стол или рука? Даже не знаю кого было бы жальче. Стол-то из массива, тяжёлый, крепкий. Наверное, что-то ещё сломал. Обошла их, чтобы видеть больше, но и они меня уже могли заметить. Так и есть. Он расколол любимую миску мамы. Ой, что сейчас будет…

— Все? Доигрался? — вспыхнула она, вставая и упирая руки в бока.

Старик Рамон весь покраснел, втянул голову в плечи и как будто сдулся, с заискиванием посмотрел на маму. Ой актер…

— Ну хочешь я тебе новую подарю! Даже сам сделаю. Подарок, сделанный своими руками всегда ближе к сердцу.

Эээ…….

— Это ты сейчас куда клонишь, Рамон? — вздохнула она. Видно, действительно достал.

Видя, что буря отодвигается, старик воспрял и подскочил, как будто и не жаловался минуту назад на здоровье. И закружил вокруг нее.

Послушай, мы оба не молоды. Ты мне нравишься. Понятно, что выкупить тебя не смогу, да я и сам не свободный. Но нас же держат как слуг. До нашей личной жизни и дела никому нет. Лишь бы свое дело делали. Пойдем сегодня со мной на свидание? Посидим, выпьем вина, посмотрим на закат.

— Ты перепил или белены объелся? — сопротивлялась мама, устало присев на тот же табурет.

— Я больше не пью. И если будешь со мной, то и не буду больше.

— Ага… а кто месяц назад три раза приползал с сильнейшим отравлением после несовместимости зелья от желудка и вина?

— Я изменился! — взвился он.

Я стояла и старалась не смеяться. Ишь как взялся. Вот это поворот. А я то думаю, что это ему то-то, то это. Весь изболелся, как только живой ходит. Разве что прыгает по-прежнему шустро пока думает, что не вижу, а стонет только когда я прихожу за чем-нибудь. А это вот оно что.

Я решила им не мешать и пошла в другую сторону комнаты, к Айе. Она стояла возле другого стола у стены и что-то на нем активно протирала. Судя по ее глаза, она тоже старалась не засмеяться в голос и не вмешиваться. Интересно, сколько это уже продолжается?

Через ещё час Рамон ушел. А я задумалась, что может маме и стоило бы себе найти кого-то для души. Все ни одной. Меня скоро продадут и если это будет не Марин, то она останется снова одна.

Кто будет с ней вечерами сидеть на скамейке в огороде или приходить к ней вечерами и втирать мазь в ноющие суставы? С кем она будет искать рецепты от сложных случаев? Прошлый раз несколько охранников умудрились подцепить сыпь в городе. Так пришлось очень долго искать что это и откуда взялось, как помочь малахольным. Выяснилось, что это они наелись какого-то деликатесного рагу из редкой ядовитой рыбы. Да, ее действительно можно приготовить и это будет вроде как съедобно и вкусно. Но это надо знать как! Повар местного ресторанчика решил, что он может все и отравились куча соседей, наша охрана и несколько невезучих путников. Вообще, это был кошмар. И как она была бы одна в такой ситуации? Да, он в этом ничего не понимает, но хоть поддержал бы морально. Был рядом.