Книга Дочь Мидисы, страница 10 – Кристина Шефер

На ее племя напали и разграбили, когда они были достаточно не осторожны и подошли довольно близко к границе с Талией. Ей тогда было около шестнадцати.

В итоге она всю оставшуюся жизнь прожила в Талии, без надежды на свободу. Родила здесь двоих детей. Но сын умер на войне. Дочь совсем недолго до меня продали в гарем. С хозяином ей не повезло. Он был жестоким человеком, и через пару лет она скончалась от его руки. Внуки у мамы Ариши появиться не успели.

Когда я выросла, как-то спросила маму Аришу, а почему тогда, когда ей было шестнадцать она не убежала от тех людей? Неужели не было силы. Все же дочь шамана и обучалась же. На что мама ответила, что была молода, глупа и очень избалована. Это ее и погубило. Будучи младшей девочкой у своей матери да с самым сильным даром ее безбожно баловали. Она не выходила за пределы стойбища никогда одна. Ей всегда помогали. И когда она осталась одна с этими людьми просто плакала и боялась. Делала все, что они скажут в надежде, что с ней будут обращаться хорошо. Обещала им выкуп, если они запросят его у родственников. Но тем охотникам не нужен был выкуп. Ее продали сразу как попали на рынки Талии.

Мне повезло, в том числе и в том, что наш старый султан очень не любил и боялся шаманов. В тот момент власть сменилась и на трон сел его сын, но никто не решился предложить такую рабыню. Если бы ее продали во дворец — мы бы точно не встретились и кто знает, что со мной было бы. Да и если бы купили, то только как шамана. Охотники не сразу оценили ее ценность схватив с ещё несколькими молодыми девушками. Так что на рынок она попала уже порченная по местным порядкам… Первого ребенка родила, когда ей ещё и семнадцати не было по той же причине от одного из этих охотников. Кто это был она и сама не знает. Это была ещё одна причина почему во дворец продать даже не попытались.

В этот период времени она резко и выросла из избалованной девочки в побитую жизнью женщину. С возрастом и поумнела и набралась мудрости. Поняла, что бороться за себя, за то, что считаешь важным нужно до конца. Правда иногда выжидая годами для удара.

Рабские ошейники, что на нас надевали еще детьми были, сделаны с разновидностью местной магии и снять их мог только хозяин. При попытке другого человека снять ошейник он начинал сжигать то, чем расстегивали или пытались сломать ошейник. Будь то руки или, допустим, металлическая кочерга. Все начинало нагреваться и плавиться. При этом раб тоже получал ожог, но не такой сильный. Если, конечно, он сам не пытался снять ошейник. Тогда сгорали и руки, и шея. Человек умирал в страшных муках.

Мы не знали сколько Арише на данный момент лет, да и она сама уже и не помнила. Ее голова была уже вся покрыта сединой, лицо в морщинках, но глаза ещё сохранили живость ума и любовь к нам, детям. Она рассказывала нам истории о дальних странах и случаях из жизни. Мы ее очень любили.

Я называла ее мамой, пусть она и не была матерью мне на самом деле. Да и это так прижилось, что и наш хозяин думал, что она мне мать. Мы не спорили. Напротив. Это было безопаснее для меня. Мама Ариша заботилась обо мне столько, сколько я себя помню. Более близкого человека у меня никогда и не было. Заменила мне и мать, и отца.

Она рассказывала, что наш мир пропитан магической энергией, где-то ее больше, а где-то почти нет. Оттого настолько разные животные, большинство которых не имело смысла везти в другие страны. Долго они там не выживали или серели, поскольку для них был слишком малый поток магии или, наоборот, слишком сильный и они умирали от передоза. Любители экзотики строили специальные пространства для таких существ, где те могли жить. Рассчитать необходимую дозу и сделать так, чтобы не проникала внешняя среда редко удавалось точно, и спустя время животные все равно умирали. Все это стоило огромных денег и усилий, а толку немного. Виды магии у людей и то, как ей пользуются тоже были очень разные в зависимости от места. Но за пределами своей территории люди использовали специальные артефакты, усиливающие поток или уменьшающий его.