Книга Все дело в кузнеце, страница 91 – Кристина Шефер

— О, да. Мне это дорого стоило. Остаться в живых. Я смогла смягчить приговор и выторговать наши жизни. Прошло уже сто двадцать лет с тех пор.

— И все это время вы были тут? Вас сюда сослали?

— Почему сослали сразу-то? Я дама благородного происхождения. Сама я ничего для переворота не сделала. Это истинная правда. Даже ищейки короля ничего не смогли найти, потому что искать было нечего. Но оставлять меня в стране само-собой было слишком опасно после всего. Я была слишком влиятельна, даже без моей магии, которую запечатали почти полностью, связей и поддержки короля.

Изначально меня тоже хотели сослать. Но я не готова была начать все сначала. Да и после истории моего сына… Ох, Марко… бедный мой мальчик. Что же ты наделал… Я бы ему только мешала в новом месте.

Я не смогла достойно воспитать моего сына. Была слишком увлечена придворными интригами, властью, что ослепила меня. И не заметила, как сын изменился, ушел из-под контроля, связался не с теми. Потом случились все эти ужасные события.

Я решила сама посвятить мою жизнь служению богам и помощи тем, кто остались одни в этом мире.

— Неожиданно. После всего, к чему вы привыкли.

— Да. Сперва было нелегко. Из главной женщины страны в обычные монахини. Но это помогло мне просветлеть. Найти свой путь. Да и спустя время моему сыну это тоже помогло. Там, за морем, он встал на ноги, разобрался, кто ему друг, а кто враг из тех его людей, кого пощадили и выслали с ним. Сейчас он женат, у меня есть внуки.

— Рада за вас, — улыбнулась я робкой улыбкой и накрыла ее морщинистую ладонь своей.

— Да. Спасибо. Но речь сейчас не обо мне. Объясни мне, что происходит. Может, я могу тебе помочь как-то или хотя бы буду знать, в случае чего, что делать.

— Хорошо, — выдохнула я и отставила чашку. — Вы уже знаете, что меня преследуют. Официально по стране. Но знаете почему?

— Я знаю, что это связано со смертью глава де Монсель. Так же знаю, что прямых доказательств этому нет.

— Так и есть. Он был моим приемным отцом…

Далее я вкратце пересказала историю моей жизни.

— Нда… вот это ты попала, так попала, — впечатлилась аббатиса.

— Да. Вздохнула я.

— Так. Не раскисай. Ты уже поняла закономерность.

— Да, но сама я бы на такое не решилась. Это очень больно и страшно. Честно говоря, думала об этом даже пару раз хотела попробовать, но когда вот это надо сделать… Боги! Это так страшно. Это дико страшно. Даже зная, что я оживу. Понимаете? В голове все равно мелькает страх, а вдруг нет? Вдруг это последний раз? Раньше я думала, что чтобы покончить с собой, надо быть трусом. Но теперь я понимаю, сколько отчаяния и храбрости нужно для таких действий, — запаниковала я и расплакалась.

— Боги! Девочка! Я и не имела ничего такого! Что ты!!! Я хотела сказать, что со временем ты сможешь найти ещё способы или, может, повзрослеешь сама, когда действие закончится. Как ты могла даже думать о таком?!

— А что мне ещё оставалось? Я тоже хочу быть как все, — промямлила я, размазывая сопли по лицу. На что аббатиса дала мне свой платок, которым я утерлась и скомкала в руках.

— Рина, давай мыслить конструктивно. Ты, конечно, выглядишь как ребенок, но тебе уже семнадцать!

На это я только кивнула.

— Прежде всего, после твоего рассказа я понимаю, что слухи, которые сейчас ходили по округе это для тебя очень плохо. Даже когда люди увидят, что ты растешь, скорее всего, сюда кто-нибудь да нагрянет с проверкой. Поэтому тебе нужно уходить, девочка моя.