Книга Все дело в кузнеце, страница 161 – Кристина Шефер

— Угу. Ну ладно, сделаю вид, что поверил. Ты же помнишь, что нам в любом случае отсюда через три месяца максимум придется уходить. Помнишь же?

— Да как такое забыть? Я бы и сейчас ушла, если бы не ты.

— Заботливая ты моя, — с сарказмом произнес воздушник.

Мы дошли до реки.

Ее берега покрылись льдом, но в отдалении всё ещё бурлила вода. Всё же в центре поток ещё слишком сильный, чтобы мог замёрзнуть даже зимой.

Смотрелось это красиво. В этом месте шел белый пар. Вокруг всё было в снегу. Деревья, кусты. Землю укрывали сугробы. На противоположном берегу виднелся скалистый берег с высоким обрывом. Всё это казалось волшебной зимней сказкой.

— То золотое яйцо, что это? — а я-то понадеялась, вдруг переключился на что-то другое. Может все же лучше о медведе и груди?

— Это артефакт. Он защищает деревню от наплыва нечисти, — пояснила я. Смысла скрывать уже не было, всё, что можно было, я уже выболтала.

— Угу. Ценный, то есть?

Что на это ответить? Скажу, что нет — подумает, что ничего страшного, если «пропадёт». Скажу, что да — начнёт их шантажировать.

— Не знаю.

— Что значит «не знаю»?! Ты же с медведем этим живёшь, чуть ли не при всех с ним обнимаешься! За дурака меня держишь?

— Да не рассказывал он, — выдохнула я. — Сказал, не мое дело. Что ты к нему так прицепился? Я же обещала тебе свою долю отдать. Это всяко больше будет этого куска золота. Если это золото вообще. А то глядишь, эта штука ещё и прикончит нас по пути. Артефакты же разные бывают.

— Не заговаривай мне зубы. Если бы он был опасный, то его бы в доме не держали. Да и, если это артефакт, то и ценностью поболее твоей доли будет. К тому же ее ещё и собирать по всей Сонре надо.

— Зато надёжнее. Всё это твое и рисковать ничем не нужно. А оборотни — они хорошие охотники и следопыты. Куда бы мы ни ушли, везде выследят и найдут.

— Да, ты тут права. Да только если с погодой подгадать, то можно и проскочить.

На этом он замолк. А я не знала, что ещё привести как веский аргумент не трогать артефакт. К тому же, он может и не только меня поспрашивать. А уж кого разболтать он всегда найдет. Да и может узнать у той, своей девушки. Я видела ее как-то мельком, но со спины. Так что кто это, не поняла.

Вскоре мы вышли обратно к деревне и разошлись.

Не к добру. Точно не к добру он вынюхивает. И кто бы мне подсказал, что с этим делать?!

Возвращаться сразу к дому кузнеца я не стала. Решила зайти к старосте. Может, что придет в голову? А если нет, так узнаю, что нового.

У старосты дома оказалась только Роза. Она сидела и что-то вязала, сидя в кресле у очага.

— Добрый день, Роза, — поздоровалась я.

— Добрый, милая, — отозвалась она, откладывая свое вязание. — Давно ты ко мне не захаживала. Как оно, дело молодое?

— Да потихоньку. Вот решила зайти, узнать, как у вас дела.

— Хах. Да ты проходи, что мы в пороге разговоры ведем-то.

Хозяйка провела меня и усадила в соседнее с камином кресло. После этого сходила на кухню и вернулась с двумя кружками чая и двумя моими же булочками с маком, на что я повертела булку и громко рассмеялась.

— Да, подсели мы на них. Очень уж у тебя вкусно они получаются. Уедешь, не знаю, что и делать будем. Может, все же останешься? К тебе и мишка наш привык. А если не хочешь оставаться у него, так мы тебе со временем и домик справим.