Книга Все дело в кузнеце, страница 129 – Кристина Шефер

Он окинул нас цепким взглядом тёмных глаз и погладил бороду, что-то подмечая и делая выводы. Медведя рядом со мной тоже не обошёл вниманием. Тот, как ни в чём не бывало, тёрся головой о моё плечо, выпрашивая ласку. Пришлось развернуться и чесать ему за ухом. Взгляд же я старалась не отрывать от пожилого мужчины. Мы так простояли какое-то время.

Он первым начал разговор:

— Доброе утро. Вижу, вы нашли нашу пропажу? Спасибо вам, люди добрые. Всё ли цело? Али наш мишка чего натворил? Мужчина, не вас ли ранил? За ним до этого такого не водилось, но… Всё бывает в первый раз. Верно?

Только Адриан открыл рот, чтобы ответить, но я его опередила. Почему-то не хотелось врать этому человеку. Хоть где-то проявить честность.

— Нет. Медведь не виноват. Мой спутник сам неудачно упал в горах. Вот шли в поисках помощи и набрели на медведя, он спал в лесу.

— Понятно. Не повезло вашему спутнику. У нас есть хорошая знахарка. Она поможет.

— Там перелом руки и растяжение на ноге.

— Справится, не переживайте. Рунда, займёшься парнем?

Из толпы вышла женщина лет ста двадцати, крепкая, чуть полноватая. Подошла к Адриану, по-хозяйски разметала мою перевязь и ловко прощупала руку. Кивнула. Лицо у неё было суровое, но приятное. А уж косы… Никогда не видела такой толщины кос. С мою руку. Вот это шикарные волосы. Густые, почти чёрные, переливающиеся на свету.

— Отлично, — подытожил старик и продолжил. — Меня зовут Вальм. Я — староста деревни. Что же, Рунда, бери сразу этого молодца. Потом приведёшь ко мне, как закончишь и он проспится. Завтра с утра подойдёт?

— Приведу, староста, — кивнула женщина и повела Адриана в свой дом.

— А ты, красавица, иди за мной. Я тебя накормлю, обогрею. А то вся уже трясёшься, — хохотнул он.

Затем опустил глаза к мишке, которого я всё ещё чесала между ушами.

— А ты, негодник, иди домой. Проспись, смени облик. Завтра я к тебе зайду.

Медведь в ответ что-то ворчливо взревел — не грозно, а словно в ответ.

Староста выслушал, стрельнул глазами в меня и продолжил:

— У меня она будет. Никуда не денется. Завтра вместе придем. Давай, иди. И верни себе человеческий вид!

Конец фразы староста кричал уже в спину медведя, который уходил куда-то обратно.

А меня староста повёл в дом, который стоял прямо за его спиной. Дом большой, бревенчатый, с двумя этажами. Просторный двор — с местом для живности, огородом и зоной для отдыха.

Мы прошли через узкий предбанник и оказались в огромной комнате. Это была кухня-столовая-гостиная в одном. Создавалось ощущение, будто весь первый этаж — это одно большое, тёплое сердце дома. Всё выполнено из дерева и камня: стены бревенчатые, лестница тоже, с красивыми резными перилами, которые, как ветка, изгибались и перетекали в ступеньки. Таким способом были сделаны и стулья, словно выточены из единого массива и отполированы до блеска. И большой обеденный стол, и ручки у дивана.

Камин, зона кухни и пол рядом с ней были выложены камнем. Остальное всё дерево. Везде лежали уютные узорчатые ковры, висели аккуратные батистовые занавески. Диван покрывало толстое, тёплое даже на вид одеяло с подушками. Всё дышало уютом. Было очевидно, что в этом доме живёт женщина. Мужчина один не создал бы такого тепла. Но главное, что указывало на его статус, это непередаваемо вкусный запах, доносящийся от очага. Лепешки, нет?