Книга Все дело в кузнеце, страница 117 – Кристина Шефер

Другой момент, что у меня появилось ощущение, что не так много этой сдерживающей силы осталось во мне. После последней смерти я заметила, что с большим трудом, но снова могу перемещать мелкие предметы по комнате. Пока совсем мелкие, вроде карандаша, листка бумаги и подобного. Та же фарфоровая кружка для меня пока неподъемна. Но это уже что-то! Это подарило мне великую радость. До слез. Когда я смогла переместить карандаш, я рыдала. И первый раз за последние годы от счастья.

Но был и страх, что при следующей смерти я могу действительно умереть. Пока что раны заживали, как и прежде, но надолго ли это?

Итак, я чистая, в новой чистой ночной сорочке, которая пахнет моими лёгкими духами, и в накидке поверх сижу перед листком бумаги и пытаюсь составить уже детальный план моей не сказать, что мести… Все же это было бы неверно. Скорее очистки совести. Спасения невинных жизней. Как-то звучит слишком по-героически! Черт. А… Да ладно. Остановимся на совести. Точка.

К слову, о жизнях. Город разросся, да, и люди в целом выглядят хорошо, что живут в нем. Но напряжение так и витало в воздухе. Средней силы магов не наблюдалось вообще. Впрочем, и сильных тоже. Людей с магией вообще было немного. А для Аркансии это откровенно странно.

План, кроме пунктов, уже набросанных нами с капитаном, разрастаться не хотел. Поэтому я решила все же одеться и спуститься вниз. Может, прогуляться до ближайшего паба, рынка и послушать, что люди говорят, чем дышат? Разведка — наше всё.

Так что я быстро скинула одежду. Надела длинную серую полосатую юбку до щиколоток, из-под которой виднелась белоснежная бахрома нижнего платья. Сверху светло-серую рубашку со среднего размера вырезом и отложным воротничком, рукава закатала на манер простолюдинок. На улице жарко, так будет в самый раз. Волосы собрала в высокий хвост. К моему наряду добавился небольшой рюкзачок, который мог менять цвет, для этого нужно было вытянуть вперёд нужную нить внутри него на обороте. Сейчас я его оставила в светло-сером цвете. Рюкзак на самом деле вмещал много разных вещей внутри. Все же пространственный карман — великая вещь. Но сейчас я убрала в него лишь нужные мне приспособления. Жаль, он был не настолько огромен, чтобы вместить все мои вещи. Точнее, вместить он бы вместил, а вот я не подняла бы, ведь вес вещей никуда не девался.

Одевшись, я закрыла дверь на ключ, спустилась вниз и вышла на улицу. Отлично. Пока я приводила себя в порядок, на город опустились сумерки, и люди разошлись по домам, ресторанам, барам, чтобы поужинать, выпить. Самое время навести справки.

Я лёгкой, слегка танцующей походкой прошла несколько переулков и вышла на центральную улицу. А там, побродив ещё пару минут, вошла в самый большой и шумный паб.

Народ гудел, радовался чему-то, столы ломились. Я уже запереживала, что мне не найдется места, но тут двое мужчин освободили место у барной стойки. Я нырнула в толпу и быстро плюхнулась на одно из освободившихся мест, опередив двух весьма упитанных работяг. Затем повернулась, развела руки в стороны, мол, извиняюсь, кто успел, того и место. Они же на это только посмеялись над моей выходкой и пошли на улицу. Там столики пустые ещё были.

— Что я могу предложить такой красавице? — обратился ко мне бармен с широкой улыбкой и тонкими подкрученными усиками.