Книга Герцог на счастье, страница 61 – Ирина Смирнова, Ива Лебедева

Кстати, если не придираться, хороший ведь мужик вроде… ответственный. За меня, опять же, искренне переживал. Может, попытаться ему глаза раскрыть? Ну не все же они тут замешаны в заговоре против моего Кена?!

— И знаешь, кто задержал королевского лекаря?

Несмотря на загадочную полуулыбку, я чувствовала, что тема беседы моему мужу не очень нравилась. Еще бы, ведь они с принцем дружили!

Но самое страшное не то, что его обвиняют в покушении на королевских особ, а то, что принц действительно находится под воздействием заклятья. Которое, кстати, судя по описанию, очень похоже на банальную кому.

— Королева? — предположила я, даже не сомневаясь, что угадаю. Ну правда же, а ради кого еще мог задержаться королевский лекарь, спешивший к королю с каплями?

Судя по тому, как недовольно и многозначительно переглянулись мужчины, именно она.

— Младшему наследнику внезапно стало плохо. Его стошнило красноватой пеной, и ее величество запаниковала, — достаточно сухо перечислил основные факты Гаспар, пока Кен с мрачным видом цедил свой кофе. — Женщину можно понять. Она не отпустила лекаря до тех пор, пока ребенку не промыли желудок и не убедились, что малыш больше не выворачивается наизнанку.

— Понятно. — Я принюхалась и безошибочно нашла взглядом высокий кувшин, из которого пахло так же, как из мужниной чашки.

Муж заметил мой жаждущий взгляд, и через полминуты я уже наслаждалась горьковатым бодрящим напитком, вот почти точь-в-точь эспрессо, только с синим отливом.

— И что же тебе понятно? — Кен смотрел на меня внимательно и с легкой улыбкой, совсем неподходящей к теме разговора.

— Устроить легкую и безопасную тошноту маленькому ребенку проще простого. — Я поставила чашку и вздохнула. — Особенно для матери. Любое рвотное подойдет. Вы знаете какие-нибудь снадобья с таким эффектом? — И я внимательно посмотрела на Гаспара. Он ведь у нас почти доктор.

Де Бар открыл рот… и закрыл. Но по его лицу было видно, что он сходу нашел в своей голове десяток подходящих зелий, чтобы и пена красненькая, и вид страшненький, и истерика у королевы натуральная. А вреда никакого.

— Что ж, как минимум с заказчиком мы определились, — резюмировала я.

Судя по взглядам мужчин, они-то определились еще раньше меня, просто доказательств не было. И это определение их не слишком радовало. Но они оба крепились. Гаспар с отсутствующим видом жевал пирог, а Кеннет подлил мне и себе еще кофейного напитка.

Помешивая ложечкой сахар, я тоже пригорюнилась. Вроде бы привыкла к людской циничности, но все равно иногда накатывало что-то типа философской грусти. Вроде бы и мир другой, а причины преступлений все те же — власть и деньги.

А королева хотела все сразу. Ведь ее ребенок должен был остаться единственным наследником при престарелом короле, у которого, как выяснилось, проблемы с сердцем. Естественно, он и без всякого проклятия долго не протянет. Особенно если его сын трагически погибнет. Править при малолетке будет его мать.

Коронованная гадина все хитро придумала. Мало того, что убрала с дороги старшего принца, так еще и обвинила во всем тех, кто составлял костяк его друзей и советников.

Вот только не сумела предугадать мое появление. Коварства не хватило.

Как же я ненавижу политические интриги! Расследовать их без прикрытия свыше и допусков к высокосидящим практически невозможно, тем более когда я конкретно так не местная.