Книга Королевский тигр, страница 73 – Ирина Смирнова

К счастью, вскоре бал закончился, и Шият лично проводил меня до моих покоев, само собой вместе со своей тенью. Мы с женихом обменялись целомудренными поцелуями и пожеланиями спокойной ночи, а с Санджем быстро переглянулись. Но от едва заметного намека на улыбку, лишь на секунду осветившую лицо моего тигра, на душе стало так светло, словно я уже нашла решение всех наших проблем. Теперь мне следовало что-то придумать, чтобы избавиться от ночных фрейлин, потому что разговор с Джиотсаной, скорее всего, будет не для посторонних. Но я успела лишь раздеться до сорочки, чтобы отправиться в купальню, когда в покои влетела запыхавшаяся пожилая придворная дама: – Ее величеству плохо! Кто-то за моей спиной тихо охнул, скорее всего служанка. Одна из фрейлин схватилась за сердце, побелела и осела в кресло.

Зато вторая, осуждающе зыркнув на напарницу, устремилась в гардеробную за обычным, не бальным платьем и быстро помогла мне его надеть. Уже распущенные волосы я собрала в хвост и прямо в мягких домашних туфельках помчалась вниз по лестнице к свекрови. Леди Лиония, бледная, с резко заострившимися чертами лица, лежала на кровати, прямо на покрывале, так и не успев переодеться после бала. Кто-то из фрейлин заботливо снял с нее туфли и ослабил туго стянутый корсет, чтобы облегчить дыхание. В покоях королевы толпился почти весь ее двор. Шиятсахир тоже уже был здесь, как и Джиотсана. А за кроватью Лионии застыла ее тень, Виджая, величественно-печальная, как будто памятник над еще не вырытой могилой.

Старый Есмиядж стоял у окна под тусклым светом настенных факелов и с сосредоточенным видом перебирал принесенные в большой корзине склянки с отварами, каплями и настоями. Вот только по его потерянному взгляду сразу становилось понятно, что все эти отвары и настойки бессильны, что старый лекарь уже перепробовал их все и теперь уповает лишь на чудо, с надеждой поглядывая на Шията.

Я же очень старалась не коситься на своего жениха с испугом, не вздрагивать от его голоса, ничем не выдавать своих подозрений, просто волноваться вместе со всеми, так как тоже успела привыкнуть к леди Лионии. Но в отличие от остальных я догадывалась, что причина такого резкого ухудшения самочувствия кроется не в танцах… Вернее, да, в танцах!

Шиятсахир почему-то приревновал свою собственную мать к постороннему мужчине. К послу дружественной страны. К человеку, которого не было здесь несколько десятков лет. К тому же его мать – вдова.

Ну… насколько я поняла. Ведь если бы ее муж, прежний король Нефхарда, ушедший на покой и передавший власть сыну, все еще был жив, то его жена жила бы с ним. Наверное.

Сомнения накатывали на меня, как волны в море. Мне ведь ничего не известно о судьбе супруга леди Лионии. Это я решила, что он умер. Но, возможно, я ошибаюсь. Тогда сыновья ревность объяснима и простительна. А вот последовавшая за их совместным танцем слабость королевы – нет!

— Сандж, освободи спальню моей матери от посторонних!

Правильно решив, что женщине, которой тяжело дышать, нужно как можно больше свежего воздуха и свободного пространства, Шиятсахир одним взмахом руки буквально испарил из покоев большую часть придворных. Еще часть вежливо выпроводили фамильяры. Остались только я, Джиотсана, Есмиядж, сам Шият и две королевские тени.