Книга А единороги будут?, страница 117 – Ирина Смирнова

Наши комнаты находились где–то на отшибе, но меня это устраивало, — меньше любопытных глаз, больше сохраненных секретов. Например, никто не узнает, что мы не собираемся ожидать, пока спина Чхара пройдет все стадии регенерации. Да, завтра к вечеру он станет как новенький, но мне будет спокойнее, если он выздоровеет прямо сейчас.

На мое пожелание Рикиши коротко кивнул:

— Да, леди…

Теперь я могу отвернуться и не смотреть, как мой мужчина, устроившись на коленях возле висящего в воздухе Чхара, склоняется над ним… Да, слюна вампира и здесь обладает заживляющим свойством, и это здорово. И то, что Рики без возражений согласился помочь — отлично, потому что я не уверена, что смогла бы на него надавить.

Старательно игнорируя происходящее за моей спиной, я изучала комнату, в которую мы все завалились. Она самая дальняя в наших апартаментах, и у нее больше всего окон, так как внешних стен целых три — слева, справа и напротив двери. Это огромная зала, раскинувшаяся во всю ширину замка. Чтобы попасть в нее, надо пройти мимо восьми комнат, располагающихся с разных сторон внутреннего межаппартаментного коридора. Но зато никуда не надо сворачивать. Сразу как вошел через большую арку, отделяющую весь остальной дом от комнат, выделенных моей семье, так и двигайся все вперед и вперед, пока не упрешься в дверь в залу.

Вот я так и сделала, потому что мыслить после всего случившегося могла только линейно. И теперь мы сидели здесь, такие маленькие и незаметные… Четверо людей. Ладно, человек и три нелюдя… и толпа пауков.

Эти существа вползали в залу неизвестно откуда, как будто сквозь стены просачивались. Они подползали к Обби, смешно шевелили своими недолапками, размахивали ножками, трогали друг друга… Создавалось стойкое ощущение, что они так общаются, просто мы их не слышим.

Большая часть была похожа на Обби, только помельче, пушистенькие, глазастенькие и почти не страшные, если привыкнуть. А вот три были… отвратительные! У них были тощие длинные ноги, сильно возвышающиеся над лысым черным и покрытым яркими красными пятнами туловищем. Их чешуя… или как там оно называется… омерзительно поблескивала. А кончики ног напоминали не лапки, как у Обби, а острые иглы. Красное пятно на спинке самого большого из мерзостей напоминало песочные часы.

Я вопросительно посмотрела на Бхинатара, ожидая пояснений, но он был слишком занят. Напряженно нахмурившись, он смотрел в сторону Чхара и Рикиши, причем смотрел так… Короче, я не выдержала и обернулась.

Спина моего брата местами уже не кровоточила, но били–то его не только по спине… И сейчас Рики приводил в порядок… филейную часть. Зрелище можно было бы даже назвать эротичным, — красивый молодой парень, склонившись над полностью обнаженным телом, проводит языком по ягодицам… закрыв глаза и весь погрузившись в процесс.

— Тебя что–то беспокоит? — поинтересовалась я шепотом, чтобы не сбивать сосредоточение у Рикиши.

Бхинатар облизал губы, отвел взгляд и отрицательно помотал головой. Как я уже выяснила, ложь пахла, правда, запах зависел от конкретного человека, причин и объемов обмана. Сейчас в комнате витал легкий аромат перебродивших ягод, мутновато–сладкий, от которого немного подташнивало. Наверное, когда–нибудь я научусь классифицировать ложь по запахам, сейчас я просто решила, что причина связана с чем–то мутно–сладким и давним, раз уже успела забродить.