Книга А единороги будут?, страница 11 – Ирина Смирнова

— Стой!

Рикиши замер, уже приоткрыв дверь комнаты, чтобы выйти.

— Я передумала. На ужине я хочу тебя видеть и позаботься, чтобы на столе было вино. Сладкое. Белое. И что–то из алкоголя, что ты любишь. Я собираюсь отметить победу разума над историей.

Рикиши посмотрел на меня с удивлением, но лишь кивнул:

— Да, леди, хорошо.

— И… — вообще–то я собиралась извиниться, но нужных слов подобрать никак не получалось, поэтому я просто добавила: — Сладкого очень хочется… Шоколадных конфет, например.

— Да, леди, хорошо, — слегка растерянно повторил Рикиши, но в его глазах снова зажигаются звездочки.

Я уже знаю, что меня кормят, добывая еду из моего мира. Не зря я в первый день так обрадовалась и одновременно удивилась привычному виду блюд. Так что и шоколадные конфеты достанут, и вино белое. Все достанут. Потому что я им нужна.

А вот мне нужен только один человек. И он принадлежит другой женщине. Причем в буквальном смысле слова «принадлежит».

Но сначала по плану встреча с Алисой. А уже потом устройство моей личной жизни после сдачи их местного ЕГЭ…

Напряжение за ужином просто витало в воздухе. Вот Рикиши, с привычно скользящей по губам полуулыбкой, уточняет:

— Вам положить еще салата, леди?

А у меня перед глазами это же улыбающееся лицо… и отлетающая в сторону рубашка.

— Вам подлить еще вина? — и легкое, едва ощутимое касание тонких длинных пальцев, пока Рикиши забирает бокал из моей руки.

Электрический разряд по всему телу. Даже сердце замирает. А перед глазами он… обнаженный. И сердце начинает биться, только сразу слишком часто, слишком быстро, слишком…

«Обычный парень, тем более — чужой», — уговариваю я себя, искоса поглядывая, как красиво он ест. Слежу за тем, как ловко он нарезает мясо.

Взмах длинных ресниц привлекает мое внимание к глазам. В первый день мне было все равно, а потом я привыкла, но сейчас для себя отмечаю, — иногда он их подводит, полностью обрисовывая контур. Чаще всего — ближе к вечеру. И с губами что–то делает, чтобы они казались ярче… Явно что–то делает, потому что сейчас мне взгляд от них не отвести — так манят. Особенно, когда он их облизывает кончиком языка, медленно, по кругу.

Зараза! Похоже, меня пытаются соблазнить!

— Да, подлей!

Я тоже облизываю губы и на секунду прикрываю глаза, чтобы скрыть промелькнувшее в них удовлетворение — за мной тоже следят. Хотя…

Тут внутри меня все сжимается, и я едва сдерживаю вспыхивающее раздражение. Ему же приказали меня соблазнить, вот он и старается. И за мной следит, чтобы понимать, насколько продвинулся к успеху.

Не будет никаких соблазнений, ни в какую сторону. Просто продолжаем общаться так, как раньше. Я же даже не могу Рикиши доверять полностью! Вот мне надо пробраться к Алисе. Одной это будет сложно сделать, но просить его о помощи — опасно. Сольет информацию Соноле, как и положено хорошему рабу.

Как только в моих мыслях появлялось это слово: «раб», причем не абстрактный какой–то, а этот вот конкретный парень напротив меня… Сразу или хотелось выскочить из–за стола и сбежать, или нагрубить, или просто отвести взгляд в сторону и не смотреть… не смотреть на него, не думать о нем, как о привлекательном мужчине.

Чужой мужчина. Просто чужой мужчина. Чей–то муж, например. Красивый, умный, но чужой. И искать входы и выходы к Алисе я буду без его помощи!