Книга Крапива, которая любила читать. Часть 2, страница 57 – Ирина Смирнова, Ива Лебедева

В результате через два часа мы имели на поляне три штуки непонятно кого. Если это олени, то я звезда балета. Таких толстых и приземистых товарищей среди откормленных хрюшек еще поискать!

Но рога, умильные глаза, пятнышки на мохнатой (очень мохнатой и кудрявой, как у барашка) спине наличествовали. Да и цветочек уверял, что это олени и есть. Даже лучше, чем олени.

Их тоже приложили магией, после чего все стадо послушно устроилось на полянке и принялось с такой скоростью брить налысо местную растительность, что я снова озадачилась:

— А чем мы их будем в пустыне кормить? И Шифоньер же еще… Ему тоже сено какое-то надо.

Шифоньером мы решили назвать вот то большое и рогатое нечто, если кто не понял. Потому что как оно называется на самом деле, никто не знал. А цветочек сказал, что, скорее всего, никак не называется, потому что это неизвестный науке мутант. У него в каталогах такого нет.

— Мы их в пустыню не потащим, — решил Нарцисс, с такой любовью рассматривая пухлых кудрявых оленебарашков, словно это были не животные, а дети родные. — На границе с пустыней есть парочка деревень. Выменяем на лошадей или верблюдов. Вместе с кормом. Хоть целый караван можно будет организовать. Эти твари довольно ценные, редкие, и их почти невозможно поймать живьем. А тут две самки и самец, подарок судьбы! Их даже не сожрут, оставят на развод и разве что под хвостом не будут целовать. Та деревня, которую мы осчастливим этим стадом, лет через пять станет самой богатой на этом краю пустыни. Торговцы шерстью наверняка проложат отдельный путь в эту местность, чтобы скупать майрос.

— Тогда, может, еще раз попытать счастья и снова бабочку послать? Подождать еще полчаса-час мы точно сможем, еще телега не совсем доделана. Точнее, не прошла все испытания на прочность, вон, видишь, гоняют по склону?

— Не стоит жадничать. Этих бы в целости дотащить. Что-что там с телегой? Это она? Ты уверена?!

— Знаешь, я не очень того… не каретных дел мастер. — Пришлось смущенно тереть лоб. — По-моему, это больше похоже на смесь строительной тачки и инвалидной коляски. Но самое главное — оно едет! Ну, почти…

— М-да. Я пойду пешком, — решил Нарцисс, глядя, как слегка кособокая конструкция подпрыгнула на очередном булыжнике и еще больше просела набок, словно стоптанная калоша. Олеандры-конструкторы разразились бурными ругательствами и принялись бегать вокруг своей поделки кругами.

— Малыш говорит, что еще мясо нашел, — вдруг сообщил нам Люпин, который до этого миловался со своим крылатым чудовищем. — Но оно крупнее оленя, потому сразу не принес. Спрашивает, можно ли съесть.

— Пусть сначала сюда тащит, — нахмурился Нарцисс. — Мало ли, вдруг ядовитое… или ценное, — второе он сказал так, чтобы услышала только я. — А твой фонарник нам в пустыне еще пригодится, будет осуществлять разведку с воздуха.

— Угу, понял, — кивнул нам братец и снова зашушукался с бабочкой.

Еще через полчаса я озадаченно разглядывала неопрятную кучу пыльной шерсти, из которой в одну сторону торчали голенастые и когтистые кошачьи лапы, а в другую — тощие костлявые руки и лохматая голова. Человеческая.

— Только этого нам не хватало! — мрачно констатировал цветочек.