Книга Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1, страница 519 – Ирина Смирнова

— Ползи на коленях вон в тот угол. Да. Нет, лицом в угол. — подойдя Кэйтайриона завязала Айку глаза любимой черной повязкой Шайна, и прошептала в ухо, — А теперь стой с прямой спиной, внимательно слушай и раскаивайся. И помни о контроле, мой мальчик.

Высунувшись в коридор девушка поманила к себе, действительно засевшего под пальмой Никки. Парень вошел и тут же поискал глазами друга, но сначала не нашел. Кэйт помогла ему, кивнув в сторону угла, и глаза Никки изумленно распахнулись. Повернувшись к госпоже он уже даже приоткрыл рот, чтобы вслух уточнить, а что здесь, собственно говоря, происходит, но пальчики госпожи чуть сжали его губы. И Кэйтайриона, отрицательно помотав головой, приложила палец уже к своим губам: "Тшшшш! Пусть угадывает, кто ты". А сама нежно обрисовала манящий контур губ парнишки, легко-легко коснулась уголочка рта и усмехнулась, наблюдая, как начал жмурится Никки, расслабляясь от ласки. Но, когда ноготочки девушки прошлись у него по ребрам, парень распахнул глаза. Если бы до этого Кэйт не видела его реакцию на ласку, то была бы убеждена, что он по-прежнему наслаждается игрой. Но она уже видела более яркое проявление удовольствия, и оно ей понравилось больше. Никки ни в чем не провинился, даже наоборот, он заслужил награду, спасая ее лошадей. И выбрала она его для сегодняшнего развлечения, только потому, что парнишка идеально подходил для этого по всем параметрам. Айкейнури должен получить свое наказание, причем ровно в том объеме, в котором заслужил, не меньше, но и не больше. Но и Нийкийнэ должен получить от всего этого удовольствие, ну и, конечно, она сама должна насладиться и наказанием одного, и награждением другого. Ласкать сладкую Ягодку своего обнаглевшего любимца будет приятно, мальчик просто создан для такой игры.

— Тебе не нравится боль, малыш?

— Простите, госпожа…

— Ты больше любишь ласку, Ягодка? — вместо острых ноготочков по телу юноши заскользили подушечки пальчиков госпожи, и глаза Никки начали слегка туманится от ласки.

— В тебя раньше играли по-настоящему? — лаская пальчиками шею парня, и почти касаясь его уха губами спросила девушка.

— Нет… Госпожа… - выдохнул Никки и распахнул глаза, чтобы увидеть, расстроил или обрадовал он этим Кэйтайриону.

— Ну что ж, чудненько, значит игра будет еще интереснее, как ты считаешь? — Кэйт запустила обе руки в волосы парнишки, на затылке, и очень нежно потянула его голову вниз, к спине, чтобы полностью открыть шею. По которой проложила дорожки из поцелуев… Никки выгнулся, стараясь грудью коснуться ее тела, потом просто замер, стараясь не дышать и не шевелиться.

— Отомри, Ягодка. Мне нравится видеть, как сильно тебе нравится то, что я с тобой делаю.

Выдохнув и тут же резко снова захватив как можно больше воздуха, Никки опять выгнулся, прижавшись своим телом к телу госпожи. А та с шеи уже спустилась чуть ниже, к ключицам и потом к соскам. Нежно поцеловав и слегка куснув их губами, девушка отошла на шаг и махнула рукой в сторону кровати: "Продолжим там". И оба, не сговариваясь, посмотрели в угол, где с прямой спиной и руками за головой стоял Айк.

В серых глазах была вина, в зеленых — сочувствие. Но Кэйт точно знала, что все делает правильно, и увидев сомнение в глазах Никки, сразу уточнила: