Книга Айрин, Эйнри и остальные. Книга 1, страница 14 – Ирина Смирнова

— Это она будет искать. Вы выбирать из найденного будете, а я стоять и смотреть, как вы выбираете. Знаете, как больно осознавать, что даже если я полностью выложусь и вам не захочется иметь никакого другого раба для удовольствия, кроме меня, все равно появится наложник, который станет занимать положение в доме выше моего… Будет командовать мной…

— У вас такая сложная иерархическая система. И среди женщин, и среди мужчин. Наверное, мне никогда не удастся ее до конца охватить своим разумом.

— На самом деле среди мужчин ничего сложного нет. Мы располагаемся в этой системе по степени родства и предпочтения женщинами дома. Сначала идет отец дочери госпожи или наследной госпожи, если она уже выбрана. Потом помощник Управляющей. Потом любимец госпожи, причем необязательно текущий любовник. Это может быть и любимый сын или племянник. И любимцев может быть несколько. Потом старшие спецы, потом просто спецы и наложники, помощники старших спецов, потом подростки, потом дети… Сейчас главный среди мужчин Дома я, потом старший в гареме, потом Сайни, особенно после того как вы его выделили.

— А твой отец и отец Сайни?

— Это один и тот же человек. После моего рождения его усыпили.

— За что? За то, что ты родился мальчиком? Это же несправедливо!

— Госпожа рискнула использовать его семя два раза и оба раза были рождены мальчики. И Сабина тоже родила мальчика. К тому же ему уже было за тридцать. Если хотя бы Сабина родила девочку, у него был бы шанс остаться доживать в гареме.

— То есть своего отца ты даже не увидел?

— У многих рабов так. Особенно сложно быть клоном, но элитных рабов, слава Матери Всего Сущего, не клонируют.

— А кстати, какие у тебя были отношения с матерью?

— Как у раба с госпожой. Какие же еще? Чуть больше было дозволено, чем всем прочим, чуть менее строго наказывали… Это вы ко мне как-то слишком по-доброму относитесь.

— Тебе не нравится?

— Госпожа, как меняются привязанности женщин мне приходилось наблюдать очень часто. Говорят, что старая госпожа очень была привязана к моему отцу, но ей это не помешало отдать приказ об его усыплении. Потом у нее часто были избранные наложники… Самое страшное, когда это неопытные мальчишки, сразу после лагеря. Они ведь обычно совсем не готовы к тому, что их могут так легко использовать и выбросить. Им кажется, что их будут баловать вечно. Чем дольше наложник ходит в любимчиках, тем сложнее ему потом осознать свою ненужность и смириться. А у меня вообще здесь очень сложное положение. Мое семя непригодно для большинства женщин этого Дома, но мне уже много лет для того, чтобы я смог завоевать себе достойное место в другом гареме. Да и для того, чтобы долго удерживать ваше внимание, меня тоже может не хватить.

— Что значит, тебе слишком много лет? Ты же мой ровесник, разве нет?

— Мне уже двадцать пять лет. Еще пять лет — и моя стоимость, как наложника, будет равна нулю. Правда, как помощник управительницы дома я могу быть используем гораздо дольше, особенно если читать новые учебники.

— А ты читаешь?

— Конечно. Старая госпожа даже иногда оплачивала мои консультации с преподавателями Джордана.

— Если тебе понадобятся еще консультации, можешь на них рассчитывать. Не думаю, что это слишком дорогое удовольствие, правильно?