Книга Лайриэйль Лайвджой, страница 443 – Ирина Смирнова

Правила оказались просты и знакомы: наложники танцуют до тех пор, пока играет музыка. Как только она стихнет, они должны замереть в той позе, в которой находились. И не шевелиться до приказа. Тот, кто шевельнется - проиграл. Учитывая, что просто извиваться, крутить попкой или подпрыгивать на месте танцем не считалось, и от мальчишек требовали или акробатических трюков, или сложных танцевальных па, прерывая их в самый неудобный для танцора момент, ничего удивительного, что минут через двадцать вся эта танцующая компания извращалась в акробатике голышом.

Было даже приятно посмотреть на некоторые фигурки. Но, повторюсь, зрительницы с определенного момента, интересовали меня гораздо больше. Собственно, две из них. Та самая завистница, что влезла с вопросами про взрослые игры, и вторая, худенькая-бледная, которую я вообще не сразу заметила. Это учитывая, что «госпожа Невзрачность» оказалась той самой именинницей, в честь которой мы тут все собрались! Мне даже как-то неудобно стало за свой подарок. Требовать вышивки на память я передумала, настолько Айзийкэ выглядела неуместно на этом празднике жизни в обнимку с какой-то книжкой, в которую пыталась спрятать тоскливые глаза. Вот уж точно, она если и знала, как наслаждаться вечеринками, то забыла. Заметив мой интерес, Айзийкэ смутилась еще больше, и совсем спряталась за свой фолиант. Тихоня и заучка, но глазки-то… Глазки умные.

А вот вторая - типичная сучка. Высокая блондинка, с наглым, самоуверенным взглядом, которой все неймется устроить проверочку Наследнице, и, если получится, посадить выскочку в лужу - тогда счастье будет полным.

При этом блондинка так откровенно косилась в сторону притихшего у моих ног Ройса, что тот каждый раз вздрагивал и с трудом сдерживался, чтобы не начать обниматься с моими коленками. А сама в это же время шпыняла молоденького наложника, лет восемнадцати на вид, типично миленького по венговским понятиям. Этот несчастный оказался голым раньше всех остальных участников игры в танцы с препятствиями. И если другие, проигрывая, получали максимум шлепок по заднице от хозяйки, и напутствие стараться лучше, то этот зверек уже красовался набором полос от хлыста на спине и попе, а также ярким отпечатком пощечины.

Вот эти три персонажа и отвлекли мое внимание от заманчивого стриптиза. Между ними явно и недвусмысленно была какая-то связь. Напряжение просто искрило в воздухе, каждый взгляд, каждое движение было с двойным дном, и я увлеченно отслеживала это самое дно, стараясь отгадать, в чем тут дело.

Собственно, разобралась быстро. Между тихоней с книжкой и зверушкой с полосами на попе явно были отношения. Близкие такие. Сучка, которая, кстати, мне так и не представилась, и о том, что ее зовут Найрина, я узнала из разговоров, это знала, и использовала.

Интересно, мальчишка принадлежит ей, а влюблен в Айзийкэ? А последняя чем-то не угодила белобрысой, или та издевается над влюбленными просто из любви к искусству?

Стриптиз затягивался, девчонки стали отвлекаться на коктейли и других зверьков. Найрина в очередной раз наградила своего зверька звонкой пощечиной, украсив ему и вторую щеку. И с болезненным любопытством уставилась на совсем сникшую тихоню. Насладившись зрелищем, ядовитая сучка обернулась ко мне: