Книга Лайриэйль Лайвджой, страница 385 – Ирина Смирнова

Чейри покраснел еще больше, став из нежно-красного - алым.

— Так и Рис твой, - упрямо продолжил он.

— Чей, прекрати упрямиться! - я начала сердиться. - Ты прекрасно все понимаешь. Женщины не вмешиваются во внутреннюю иерархию гарема! Тебя защищают как исключение, потому что ты мой и Найс мой. Но! Усвой сразу и навсегда: точно так же, как вы трое мои, вы с Клайрисом - его! Он для вас Старший и Верхний, и защищает от всего остального гарема. И он возьмет тебя, если захочет, после того, как ты перестанешь быть девственником со мной. Это понятно? А Клайрис вообще не девственник и он, наверняка, все понимает и не протестует.

Лицо Чейя вытянулось, он напрягся весь как одна большая натянутая пружина. Готовая вот-вот сорваться.

— То есть он... не пошутил?! Ты позволишь ему меня взять?!

— Ты хочешь остаться здесь со мной? - ответила я вопросом на вопрос.

Пружина, вместо того чтобы резко вырваться, вдруг обмякла. Чейри потянулся ко мне, заглядывая в глаза, очень осторожно и опасливо прикоснулся губами к моей щеке и снова замер, глядя на меня:

— А ты? Ты хочешь, чтобы я остался?

— Глупый котенок, - я мысленно плюнула на простуду, откинула одеяло, перекатилась и подмяла несопротивляющееся тело под себя. Улеглась на него сверху, неожиданно для себя замирая от ощущения неведомой раньше близости... Именно с ним. - Ты мой. Мой. Повтори.

— Я - твой, - прошептал он, глядя на меня широко распахнувшимися глазами.

— Тогда раздевайся.

— Но ты же болеешь? - прошептал Чейри, при этом борясь с пуговицами на рубашке.

— Ты боишься заразиться?- хихикнула, запуская обе ладошки под ткань у него на груди.

— Я? - Чейри выгнулся мне навстречу. - Нет, я ничего не боюсь.

— А зря-я-я, - про болезнь я и сама уже как-то позабыла. - Я с тобой такое сделаю... такое...

— Да? - заинтересованность и возбуждение в голосе перекрывали страх и волнение. А ведь у него же вообще никого раньше не было! Совсем никого.

— Да. - Мои коварные ладошки уже прошлись по соблазнительным кубикам пресса сверху вниз и остановились у самого пояса джинсов, даже чуть сдвигая ткань еще ниже. Я поерзала. Мое «ложе» на глазах теряло весь свой боевой настрой. Чейри забыл и про Риса, и про Найса. Хорошо, правильно: только я.

— Надо было давно тобой заняться, - сообщила я ему, снова ерзая и пробегаясь пальцами по сильным мышцам пресса, вдоль линии штанов и выше, по ребрам. Пощекотала. Посмотрела на реакцию. Если верить примете, этот механическо-театральный овощ ревнив, как престарелая госпожа с гаремом молодых наложников. А вот нет уж… Но об этом позже.

— Такой красивый… приятный на ощупь… тепленький, гладенький… - я мурлыкала и смотрела как выгибается, возбуждается и одновременно успокаивается Чей. Вот так... - Раздевайся, - я откатилась в сторону, и устроилась на одеяле, оперевшись на локоть.

До гаремных мальчиков ему, конечно, далеко. Высокое искусство снять штаны так, чтобы и сверкнуть, и спрятать, Чейю неведомо. Но в этом его прелесть.

Наверное, если бы мы так и остались на ферме, и я не успела набраться опыта с совсем другими мужчинами… Хотя нет. Эта стеснительная грация, скованные движения и настороженные взгляды - нравится ли мне, как я смотрю, что думаю - все равно возбуждали бы и заводили не меньше, чем сейчас. Просто теперь я вижу разницу и могу оценить мимолетное очарование невинности.