Онлайн книга «Лайриэйль Лайвджой»
|
— В аэрошку, быстро! Поклонившись на прощание, я влетел в аэрошку и томился в ней еще минут пять, а то и все десять, ожидая, пока мать о чем-то поговорит с моей госпожой. Искрутился весь, не слышно же ничего! Я даже окно открыл... А потом мама, с лицом сытой кошки, поймавшей мышку, уселась рядом со мной, погладила меня по голове и спросила: — Значит, кокетничаешь с маленькой Лайвджой? - Я испуганно моргнул. - Молодец! - неожиданно похвалила меня мать, и сердце вернулось обратно из пяток. - Будешь хорошим мальчиком, отдам тебя ей в мужья. - Я замер от восторга, а сердце снова ухнуло в пятки, но уже от счастья. - Так что, дорогой мой, не будем тебя сегодня никому показывать. Подождем. Дом Лайвджойев сейчас и финансово на плаву, и Старшая госпожа у них... интересная, - последнее слово мать произнесла таким загадочно-мурлыкающим тоном, что я сразу понял, с кем из нас двоих моя госпожа будет проводить больше времени. 34 кайаэба 328 года Хей: Я проснулась утром, как обычно, и сразу заметила в углу у стены Дийка. Он уже напрягся, готовый кинуться помогать надевать мне туфли и подавать халат. Как же я позволила себе так облениться? Усевшись на кровать, я вытянула вперед руку и полюбовалась на нее. Пальцы не тряслись, голова не болела, правда, и желание выпороть этого негодяя тоже исчезло. Может, лучше с Вейсом поиграть? Я принялась внимательно изучать стоящего на коленях мужчину. Красив, зараза! Причем так внешне обычный смазливый наложник, кудрявый блондин с широко расставленными глазами, обычного голубого цвета. Но именно эти глаза меня всегда и притягивали, особенно когда я его порола. В карих глазах Ийвейса сверкали тысячи эмоций. Счастье, радость, боль, восторг, грусть… Во взгляде Дийка иногда мелькало преданное обожание, но обычно это был взгляд змеи, неотрывно следящий за мной. И лишь во время порки в голубых глазах сверкала едва сдерживаемая агрессивность. Поэтому я каждый раз запарывала его почти до потери сознания, иначе было нельзя. Только когда красивое сильное тело выгибалось дугой от оргазма, которого он достигал всякий раз перед тем, как его глаза закрывались надолго, только тогда можно было остановиться и, утерев пот со лба, начать приводить лежащего без сознания раба в чувство. И быть уверенной, что урок действительно выучен. Одна радость: с каждым годом пороть Дийка, действительно пороть, требовалось все реже и реже. Но за вчерашнее он все же заслужил. Потому что только я решаю, когда мне надо бросать пить… И неважно, что на самом деле Дийк оказал мне услугу. — Скамейку, крепеж и плетку. Живо! Мужчину как ветром сдуло за дверь. Не замер в удивлении даже на секунду - значит, ожидал. Хотя, зная меня, он должен был быть просто уверен, что его выпорят. Скамейка для порки Дийка у меня была особенная. Ийвейс еще до нее не дослужился, может быть, позже, со временем… Это был крест, только лежащий, причем слегка наклоненный к полу, вертикаль более широкая, горизонталь поуже, для рук, а внизу две подставки под ноги. Дийк опускался на колени, ногами на эти подставки, сам фиксировал себя сначала за щиколотки, потом под коленками. Дальше ложился животом на крест, раскинув руки, и тут уже его фиксировала я. За запястья, за плечи и за талию. Плеть для Дийка тоже была своя, пятихвостка. Хвостики средней длины, чтобы и замаха сильного не надо было, и свистело бы с душой… Махать же придется долго, очень долго. |