Книга Лайриэйль Лайвджой, страница 199 – Ирина Смирнова

Так я сидел, трясся, всхлипывал временами, когда терпеть уже совсем не было сил… не знаю сколько времени. Долго. Госпожа решила отвезти меня как можно дальше от дома? В какой-нибудь самый захудалый бордель, чтобы не позориться?

Аэрошка пошла на снижение, а меня затрясло еще сильнее. Едва удержался от желания завыть в голос, кинуться в ноги госпоже – что угодно, как угодно накажите, только не оставляйте меня здесь!

Не завыл, не бросился, слава Матери. Всего лишь вывалился в пыль под ее ноги, бессильным мешком, на колени, когда она скомандовала выметаться. Таким холодным голосом, даже не злым, равнодушным.

Мне было все равно, куда меня привезли, я не смотрел по сторонам, но мозг все равно фиксировал отрывочные детали.

Пыльная, сухая, утоптанная земля. Очень жарко. Какая-то буйная зелень вдалеке. Деревянный дом, перед которым села аэрошка. Старый, и тоже как будто пыльный. От крыльца быстро идет пожилая госпожа в сопровождении двух рабов… за мной. Сжав зубы до скрежета, я заледенел.

Сквозь шум в ушах еще успел услышать, что местная госпожа радостно здоровается, даже обнимает госпожу Лайриэйль, они начинают разговор вполголоса… мне уже все равно, кажется, почему тогда я так напряженно вслушиваюсь, не смея поднять головы? Но они говорят совсем тихо.

— Заберите это, – прозвучало прямо над моей головой. И тут же меня подхватили двое местных рабов, профессионально завернув мне руки за спину, и потащили… не давая даже оглянуться. Я, кажется, пытался закричать, но вышел только сухой хрип.

Лайри:

Я проследила, как бессильно обвисшего Ройса утащили куда-то за угол, и сердито прикусила губу. Выглядел он просто душераздирающе. Этакая квинтэссенция страдания. Ничего, ему полезно испугаться посильнее.

Голос тети Тайни отвлек меня от этого зрелища.

— Матерь Пресветлая, а выросла как! Красавицей стала, глаз не оторвать! Я всегда говорила Вийне: – «Подожди, эта маленькая птичка еще удивит нас райскими перышками, дай только время». Пойдем-пойдем, дорогая, посидим на террасе, попьем холодненького… Помнишь, детка, как ты любила мой лимонад? Я всегда привозила его с собой, когда навещала Вийну… ты была такой милой малышкой и так умилительно стеснялась всех… но за лимонадом прибегала! – Тайня засмеялась.

Я улыбнулась в ответ. Самая близкая подруга покойной тетушки – это то, что мне сейчас нужно. Она и ее по-деревенски уютное заведение. Сколько себя помню, больше десяти мальчишек в ее доме никогда не жили, зато все были чистенькими, миленькими и воспитанными. И, по отзывам старших, весьма умелыми, но отнюдь не запуганными.

Насколько я сейчас могла вспомнить, Тайня никогда не была сторонницей жестокого обращения с «малышами». Я тихо фыркнула себе под нос, вспомнив одного такого – почти двухметровый бугайчик, с бицепсами в обхват толще моей талии. Его выкупила одна из подруг Вийны для дочери, а через год вроде даже та его в мужья взяла… или не она, а кому-то еще… не важно, не помню. Главное, контингент у тети Тайни менялся довольно шустро, поскольку она обладала удивительным талантом пристраивать в «хорошие руки» то, что кому-то не пришлось ко двору,. Естественно, не без прибыли для себя. А пока пристраивала – пользовала мальчишек по назначению – с клиентурой проблем не было, единственный бордель на черт знает сколько миль вокруг. И обычно клиентки были очень довольны, нахваливая Тайнины «педагогические способности».