Книга А это точно боярка? Том 3, страница 53 – Ирина Смирнова

— Ну, технически сначала мой, — возразил Немезис. — Душа сладкой законтрактована мне на съедение, а этого брауни привязали кровью именно к душе. Так что он, получается, идет в комплекте. Но так и быть, дам ему сначала отработать долг перед тобой. Натурой.

— Вы издеваетес-с-сь⁈ — зашипел доктор Зайцев.

— Конечно. — А вот и Сашенька. — Мало тебе. Между прочим, из-за тебя Надя сначала едва не убилась, а потом плакала. За одно это ты должен всем нам пожизненно, даже если будешь жить вечно.

— Ей полезно, — буркнул Илья, — может, научится думать, перед тем как делать. Если бы на моем месте был молодой представитель моего народа, он бы сдох без привязки к магии дома. И плакать было бы уже поздно. Да даже само название «домовой» должно было хотя бы краешком натолкнуть ее на мысль о смысле моего существования!

— А может, просто надо было ей об этом рассказать, а не исчезать? — это снова Сашенька, причем непривычно угрюмый и недовольный. — Я вот тоже не сразу бы понял, что главное в жизни у тебя — здание, а не его хозяйка.

— Не перевирай мои слова. Здание как раз вторично. Я сказал «дом». Что касается рассказа, думаешь, я успел⁈ Этот вонючий кусок свалявшейся шерсти приволок алтарь раньше, чем я отошел от шока. Тварина блохастая меня ненавидит, ведь я забираю большую часть ее сил и не даю своевольничать. Иначе она бы уже не раз опустошила Надежду до капли.

— Кстати, да. — Щупальца Лилит отбарабанили по ближайшему столу затейливый ритм, подчеркивая глубокую задумчивость сорок второго. — С низшей духовной сущностью надо что-то делать. Сладкая слишком сильно доверяет этому волосатому булыжнику с ушами, привыкшему беззаботно существовать на дармовой энергии от принесенных жертв, ничего толком не даря взамен. Если б не местные заморочки с духами рода, которые «демонстрируют легитимность», давно б спустил в молотилку на переработку.

— Но я же спросила… — Слушать мужской скандал было интересно и познавательно, не спорю. Но в какой-то момент захотелось уже поучаствовать. А то странно даже: вроде как у меня с Ильей семейно-любовные разборки, но разбираюсь с ним вообще не я. — Спросила, не исчезнешь ли ты. И ты сказал, что нет…

Мой слабый писк вызвал вовсе не ту реакцию, на которую я рассчитывала. Потому что из уюта и темноты моего внутреннего спального чуланчика меня с невнятными ругательствами потащили сразу в шесть рук и бог знает сколько щупалец.

И вытащили, естественно. Только для того, чтобы придушить, иначе я просто не могла понять эти попытки выдавить из меня меня, как зубную пасту из тюбика.

— Как видите, не исчез. Энергии хватило, чтобы не сдохнуть от чуждой моей сущности магии, — тихо ответил Илья, оказавшийся ближе всех. Он все еще ворчал, но уже без особого энтузиазма.

— А теперь? — Я беспокойно завозилась в заячьих объятиях, заармированных поверх его рук еще и щупальцами.

— Что теперь?

— Не исчезнешь?

— Барышня, вы тоже издеваетесь? После того как пили мою кровь и требовали меня себе? В прямом смысле этих слов? — Зайчик настолько растерялся, что даже отстранился, держа меня на вытянутых руках.

— А что, твоя кровь в моей пищеварительной системе вырабатывает какую-то особую магию? — Я снова попыталась проморгаться, чтобы мутное стекло между мной и окружающим миром уже делось куда-нибудь.