Книга А это точно боярка? Том 3, страница 16 – Ирина Смирнова

— Ха-ха… — не очень уверенно сказал кто-то из толпы, в которую благодаря жабке превратился упорядоченный строй. — А ничего попка. Хотя с такими буферами — неудивительно.

Горыныч мельком кинул взгляд в сторону голоса, и загомонившая было толпа резко приуныла.

— Завидуйте молча. — Я пожала плечами и задрала нос еще выше, одновременно пытаясь успокоить нервно фыркающего у меня на руках Слонечку. Котик вполне закономерно возмущался: это была его жаба! Он ее честно сожрал, честно срыгнул и собирался сожрать еще раз с полным на то правом. И тут наглый кто-то спер его добычу!

— Княжна Волкова, это ваш зверь? — обратился ко мне тот самый физрук. Кстати, мужчину, кажется, звали баронет Семен Дмитриевич Леммингов. Он представился в самом начале линейки, и, если честно, запомнила я имя лишь потому, что на лемминга громила ну совсем не походил.

— Так точно! — бодро отрапортовала я, ловя пушистый хвост, нервно хлещущий по моему декольте.

Слоня явно чуял жабу в кармане и горел желанием вернуть добычу на место — в свой бездонный желудок. И мне даже показалось, что он не против заглотнуть всю композицию целиком. Вместе с физруком то бишь…

— Будьте добры поставить его на учет в канцелярии как единицу боевого оружия. Но сначала вам все же стоит переодеться, я предупрежу Маргариту Львовну, что вы опоздаете на ее лекцию по не зависящей от вас причине. — Семен Дмитриевич оценил горящие янтарные глаза с вертикальными зрачками и благоразумно унес свой карман из зоны кошачьей досягаемости. — Всем вернуться в строй и проследовать на первую лекцию! Не толпиться! Быстро!

— Я так и знал, что с тобой будут проблемы, — зашипел мне в ухо змей-брюзга, за локоток уволакивая меня чуть в сторону от ломанувшегося в строй и в здание народа.

— Со мной? — хмыкнула я, глядя, как мимо нас плывут носилки с искристой агрессоршей, обеспечившей мне стриптиз вне очереди. — По-моему, проблемы у нас скорее с твоими бешеными поклонницами. Бить эту звИзду будем или хватит с нее жабы? Я в плане профилактики, если что.

— Уже завтра она покинет учебное заведение. Поверь, что-что, а нужные кляузы на недоброжелателей я научился писать лет с пяти. Императорский двор любит это дело до абсурда. Пусть скажет спасибо, если не приплету к ее вине какую-нибудь измену империи или подрыв обороноспособности академии.

— Да зачем? — Я посмотрела на него снизу вверх и улыбнулась. — Ну право слово, ты перебарщиваешь. Обычная девичья шалость, к тому же смотри, сколько парней теперь тебе завидуют и сколько девиц резко поняли, чем таким особенным я тебя взяла. Спасибо надо этой дурочке сказать, с занесением… куда у вас с занесением?

— Спустишь один раз — и другие аристократы почувствуют вседозволенность. Лучше показательно раздавить одну мошку, чтоб другие боялись.

«Кошелек дело говорит. Хотя я бы предпочел, чтобы ты раздавила эту низшую форму жизни сама. Желательно, используя навык „мастера пыток“. Опыта с нее, конечно, мало будет, но на безрыбье, как говорится…» — прокомментировал сверху сорок второй.

— Поверь, спускать никто ничего не собирается. — Вот теперь я улыбнулась по-настоящему, от души, и мысленно отметила, как дернулся глаз у Горыныча. Да-да, я умею в злобную хищницу, мне Сист уже говорил. — А вот исключать не надо — все равно найдется другая дурочка, потом еще одна и еще… Такими темпами к середине первого курса в академии не останется девушек, кроме знакомых мне воинствующих феминисток. А эта, можно сказать, уже меченая. Будет отличным тренажером для меня и примером для остальных, показывая, как делать нельзя!