Книга Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры, страница 313 – Леси Филеберт

Мурашки бежали по коже, а где-то глубоко внутри, сквозь весь ужас и непонимание, пробивалось странное чувство восторга.

Это я сделал... Надо же, это сделал не кто-то там, а именно я! Столько лет касался этого отпечатка руки самого первого Наставника в академии Армариллис, о котором какие-то только легенды не ходили... А получается, что я и есть — легенда?

Господи...

Я убрал ладонь от стены, отпечаток светился мягким, ровным голубым светом, как маяк в только что рожденном мире.

— Ну вот, — выдохнул я, оборачиваясь к Елении и Морфу. — Теперь официально, с этого момента — добро пожаловать в академию Армариллис. Прошу любить и жаловать. Пельмени, я думаю, теперь — вопрос времени.

— А где мы их тут найдем? — с сомнением произнесла Еления. — Если замок абсолютно пустой, как я поняла по вашему разговору с богиней...

— Для начала отправимся знакомиться с Древними, — тяжело вздохнул я. — А там... разберемся потихоньку, наладим быт, и всё остальное...

Ирония судьбы, ты победила, но, дилмон вас раздери, я хотя бы попробую посмотреть на это как на самое грандиозное приключение всех времен. С любимой женщиной, вечноголодным фамильяром и приглашением на свадьбу, до которой осталось всего-то ничего.

[настоящее время; Армариллис]

Тем временем, в том самом времени, которое Лунтьер Брандт с легкой руки богини теперь любезно называл «будущим, до которого надо как-то дожить», творилась тихая, но основательная неразбериха.

Эрик Кларксон, местный господин Пророк академии Армариллис и просто человек, привыкший к тому, что прошлое — это что-то стабильное, пыльное и прекрасно систематизированное на полках библиотеки, сейчас чувствовал себя так, будто кто-то взял эту самую полку и энергично тряс ее над его головой, пока все книги и папки не превратились в подобие интеллектуального салата.

Он нервно вышагивал по знакомому до последней трещинки в плитке коридору, заложив руки за спину. Его обычно безупречный вид был слегка помят, а взгляд выражал столь глубокую степень когнитивного диссонанса, что проходящие мимо адепты инстинктивно жались к стенам.

Всё началось с того, что проснулись все. Все жертвы эпидемии детства, кто еще утром не подавал признаков адекватности, просто взяли и выздоровели. Все, разом, на всех континентах, словно по волшебству.

Эрик, как ответственный сотрудник, ринулся на место событий в лечебницы, ожидая увидеть хаос, слезы радости и ликующих целителей, но вместо этого застал странное, почти бытовое спокойствие. Люди потягивались, просили поесть и с недоумением интересовались, что это они так надолго вырубились. Никто не мог внятно объяснить, что произошло. И что самое странное — даже лекари. Была эпидемия — и нет ее. И резко это всех перестало интересовать. Ну подумаешь, была и была. Нет же больше? Ну и всё, отстаньте!

Необходимо было срочно связаться с Лунтьером и разобраться, что вообще происходит.

Схватив за рукав первого попавшегося коллегу-архивариуса, Эрик выпалил:

— Лунтьер уже выходил на связь? Он хоть сообщил, что с ним всё в порядке?

Коллега, мужчина с умным лицом и вечными чернильными пятнами на пальцах, уставился на Эрика с недоумением.

— Прости, о ком речь? Лунтьер? Это новый фортемин?

У Эрика похолодело где-то в районе желудка.