Книга Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры, страница 307 – Леси Филеберт

— Что ты знаешь о самом первом Наставнике академии Армариллис, Лунтьер Брандт? — неожиданно спросила она.

— Это здесь сейчас при чем?

— Отвечай, когда тебя спрашивает богиня, — ее тон не изменился, но в нем появилась сталь, от которой меня передернуло.

Я раздраженно повел плечом.

— Да ничего о нем толком неизвестно. Только то, что однажды он так сильно просил о помощи у богов, что те откликнулись на его мольбу и позволили мирозданию создать Армариллис. Было это очень давно...

— Десять тысяч лет назад, — кивнула Мелия.

— Наверное... Вам виднее, — хмыкнул я. — Нам точная дата неизвестна, хроники не сохранили информации об этом. А еще мне известно, что именно от его прикосновения ожил замок Армариллиса.

— От какого именно прикосновения? Куда? — она смотрела на меня с таким видом, будто вела ребенка к пропасти, зная, что он вот-вот оступится.

— Так вот же, — я нетерпеливо махнул рукой в сторону стены внутреннего дворика, где мы как раз и находились. — Здесь, на стене, отпечаток ладони самого первого Наставника...

Я обернулся к стене, да так и замер с вытянутой рукой.

Стена была идеально гладкой. Никакого отпечатка. Только поросший мхом камень.

Я нахмурился. Что за бесовщина? Я же видел отпечаток руки в камне сотни раз! Я сам прикладывал к нему ладонь!

— Всё верно, Брандт, — тихо произнесла Мелия, и в ее голосе прозвучала... жалость? — Ты так сильно просил богов о помощи, что мы тебя услышали. И я позволила мирозданию создать для тебя Армариллис — именно такой, какой нужен тебе, в твоем понимании защиты. Защиты себя, защиты мира. Армариллис действительно должен существовать, вместе со всеми его фортеминами, стоящими на страже равновесия миров. Осталось только вдохнуть в него жизнь.

Мой мозг отказался обрабатывать эти слова. Они были слишком чудовищны, слишком нелепы, слишком...

— Что?.. — тупо просипел я, чувствуя, как земля уходит из-под ног в прямом и переносном смысле.

— Ты всё понял, Лунтьер Брандт. Боги не повторяют дважды.

С этими словами она медленно поплыла в сторону выхода, словно ее несли невидимые крылья.

— Стой! — крикнул я, и мой голос сорвался на почти визгливую, паническую ноту. — То есть... Постойте! Пожалуйста! Я ничего не понимаю... Что происходит? Я же не Наставник академии Армариллис!

— Уверен? — она медленно обернулась, и ее взгляд упал на мою левую руку.

Я тоже посмотрел на свое запястье... и обмер.

Кожа на внутренней стороне запястья горела, и сквозь нее проступал яркий, серебристый символ — цифра ноль. Нулевая метка Наставника академии Армариллис. Та самая, что я видел на руках своих родителей. Та самая, что была символом абсолютной власти и абсолютной ответственности Наставника.

Только моего отца здесь сейчас не было. И фортеминов тоже не было. Не было никого.

Но здесь был я.

И до меня медленно, с леденящей кровь ясностью, начало доходить. Обрывки знаний по истории магии, легенды, странное ощущение пустоты академии... Всё сложилось в единую, ужасающую картину, которую мозг наотрез отказывался воспринимать как реальность.

— Кажется, мироздание определилось, не так ли? — голос богини прозвучал как похоронный звон для меня. — Вернее, ты, наконец, оказался в нужном времени, чтобы оно определилось. Вы попали в прошлое на десять тысяч лет назад, Брандт. И несколько минут назад благодаря твоему зову я позволила Армариллису возникнуть.