Книга Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры, страница 275 – Леси Филеберт

И этот безумец в оранжевых очках, левитирующий сейчас где-то высоко под потолком между полками с ингредиентами и книгами, был, возможно, единственным ключом ко всему этому хаосу.

— Маал! — мой голос сорвался на крик. — Господин Кахико! Мне нужна ваша помощь!

Я не сдерживал эмоции, мне было не до церемоний.

Маал Кахико обернулся, оторвавшись от своей увлекательной работы, и с удивлением вперемешку с восторгом глянул на меня. На нем был белый халат, испещренный формулами и пятнами, его короткие фиолетовые волосы торчали в разные стороны, а до ушей растянулась безумная улыбка, казалось, совсем не соответствующая моменту.

— О-о-о, Лунтьерушка! — радостно произнес он, быстро приземляясь. — Какие го-о-ости! Гости-гости-го-о-ости, люблю гостей! — он рывком снял перчатки и кинулся ко мне с распростертыми объятьями. — Ты как раз к чаю! Я разрабатываю новую теорию квантового брожения дрожжей в безвоздушном пространстве!

Мне было не до обнимашек, и я вежливо от них уклонился. Маал по инерции пролетел дальше и уронил миску с крупой, которая рассыпалась равномерно по полу. Скелет, который подметал до этого пол, уставился пустыми глазницами на Маала.

— Эй, Блю́вик, я же сказал тебе прибрать тут! — возмутился Маал, глядя на учиненный беспорядок. — Ты почему не выполнил мое поручение?

Скелет говорить не умел, но он возмущенно помахал руками, указывая на перевернутую ученым миску.

— Неважно, что я миску уронил! Важно, что я сказал тебе убрать тут, а ты не убрал!

Скелет раздражённо отбросил в сторону метлу и затопал ногами, выражая свое возмущение.

— Вот он и при жизни мне никогда не нравился, этот ушастый, — пожаловался мне Кахико. — Как был вредным, таким и остался!

— Ушастый? — не понял я, сбитый с толку.

— Это скелет одного эльфа из рода Блювэйнов, который жутко выбесил меня когда-то, — пояснил Кахико. — Он на бабу мою заглядывался! Отбить ее пытался! Прикинь, а? Понимаешь проблему? Ну во-о-от. А я терпеливый. Дождался его кончины и решил, что нам еще есть о чем побазарить. Да, Блювик? — обратился Маал к скелету.

Тот явно пытался возвести глаза к потолку.

— Хочешь блинчик? — это Маал адресовал уже мне. — На термоядерной воде они получаются отменными! Правда, после них потом светишься, но это недолгий побочный эффект! Зато красиво!

Но я лишь раздраженно отмахнулся и от сомнительного угощения, и от очередных объятий.

— Мне не до блинчиков. У нас проблема... большая. Ильфорте и Заэль. Они...

И я кратко обрисовал сложившуюся ситуацию.

— Теперь они ведут и ощущают себя как дети, и я не знаю, что делать, — с отчаянием в голосе произнес я.

— Дети — это маленькие хаотические элементы, которые случайно активируют все твои скрытые защитные заклинания. Например, умение смотреть матом! — Маал склонил голову набок, его безумная улыбка странно контрастировала с моим внутренним напряжением. — Какой увлекательный клинический случай! — воскликнул он с неподдельным научным интересом, и у меня возникло дикое желание схватить его за халат и тряхнуть как следует, чтобы он перестал дурить. — Регресс до инфантильной стадии у столь мощных индивидуумов... Это ж надо! Надо будет взять у них пробы! А то, знаешь, — он понизил голос до конспирологического шепота, — идио́ниум, дебиле́ниум — это химические элементы, которых очень много в организме некоторых людей. Придуркова́тт — это не просто нежный эпитет, а единица измерения интеллектуальной мощности. Один кретиноватт равен ста придурковаттам. Но твой отец и Заэль... с ними явно что-то посерьезнее!