Книга Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры, страница 203 – Леси Филеберт

Прежде чем я успела возмутиться наглости Лунтьера, он уже крутил меня в танце, ловко направляя между другими танцующими парами.

И первое, о чем подумалось: ох-х-х, а он умел танцевать!

И не просто умел — он владел мной в этом танце, как будто мы репетировали годами. И если с Каллосом я танцевала, контролируя каждое свое движение и боясь наступить ему на ноги, то здесь я ни на минуту не задумалась об этом, полностью сосредоточенная на словесной перепалке с Лунтьером и легко скользящая с ним в танце так, будто это было привычным для нас действом. Мое тело само откликалось на шаги Лунтьера, мои ноги сами подстроились под его ритм, словно кто-то невидимый направлял каждое движение. Что за бесовщина?

— Отпусти меня! — вновь прошипела я, улыбаясь через силу гостям, которые с любопытством наблюдали за нами.

Попыталась вырваться, но пальцы Лунтьера сжались крепче, прижимая меня к себе.

— Ни за что, — он тоже улыбался, но глаза его горели вызовом. — Нам нужно поговорить.

Он притянул меня ближе, так что наши губы почти соприкоснулись.

— Тебе нужно, мне не нужно!

Я попыталась оттолкнуться, но он лишь крепче прижал мою руку к своей груди.

— Я был не прав, когда ввёл в заблуждение тебя на том торжественном обеде. Но я не собирался подставлять тебя перед генералом с этим треклятым слабительным. Помнишь, что я тогда просил тебя передать готовое зелье только через меня, чтобы генерал не воспринял как-то не так? Я бы не передал. Ни за что не стал бы так подставлять тебя.

— Н-да? Ну и зачем же ты тогда это всё это выдумал? — процедила я сквозь зубы, продолжая мило улыбаться, чтобы окружающие не поняли, что между нами происходит. — Просто хотел потешить самолюбие? Или это у тебя хобби такое?

— Генерал, едва увидев тебя, сказал, что готов жениться на тебе в тот же вечер.

— И-и-и?

— И-и-и я не мог этого допустить.

— Почему? Я из-за тебя, может, такой шанс проворонила! Генерал красив, умен, богат, относится ко мне с почтением и даже обожанием. Я всерьёз подумываю рассмотреть его в кандидаты в свои мужья...

— Издеваешься? — прошипел Лунтьер, вращая меня вокруг себя так яростно, что юбка моего платья взметнулась, обнажая ноги.

Хотя он тоже продолжал при этом картинно улыбаться, только глаза его метали молнии.

Танец наш стал значительно агрессивнее.

С усмешкой глянула на Лунтьера. Я, конечно, издевалась, и мне было очень интересно посмотреть на реакцию напарника на мои слова.

— Ты что, ревнуешь?

— Я?! Нисколько! — процедил Лунтьер сквозь зубы с такой яростью, что не оставалось никаких сомнений в его ревности.

— Н-да? А слабо повторить это, глядя мне в глаза? — спросила, сделав в танце шаг назад, чтобы посмотреть в глаза Лунтьеру.

Лицо его оставалось нарочито вежливым, с лёгкой полуулыбкой, но смотрел он в сторону, избегая прямого зрительного контакта.

— Я похож на маленького мальчика, которого можно взять на слабо?

— Очевидно, что да, ведь взрослые мужчины не занимаются такой ерундой, как намеренное искажение серьезных слов высокопоставленных лиц! То-то я думала, что за странный мужчина, что про понос первой попавшейся журналистке говорит со столь восторженным выражением лица... А понос на самом деле был только словесный — у тебя?

— Штольценберг, ты говоришь это после того, как подкинула мне шоколадные конфеты с сюрпризом, которые изначально предназначались для тех самых высокопоставленных лиц? — насмешливо произнес Лунтьер. — Считаешь это особо взрослым поступком?