Книга Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры, страница 158 – Леси Филеберт

Это вообще законно — иметь такое шикарное тело? Где местная полиция нравов?!

Он выглядел невероятно красивым и соблазнительным, и я поймала себя на том, что невольно приоткрыла рот.

Осознав это, тут же закрыла его и шумно втянула носом воздух.

— А... Почему он остановился тут? — выдавила я, чувствуя, как мой голос внезапно стал на две октавы выше обычного. — А не в какой-нибудь пафосной резиденции генерала Каллоса или еще кого в этом духе?

— Может, решил быть поближе к тебе, чтобы понаблюдать, не будут ли виться вокруг подозрительные личности? — предположил Морф.

Или, что более вероятно, просто решил устроить мне личный стресс-тест на прочность нервной системы, м-да...

В этот момент Лунтьер словно почувствовал, что на него кто-то смотрит: он поднял голову, поймал мой взгляд, сладко улыбнулся и отсалютовал бокалом с айлинором.

Я почувствовала, как к моим щекам прилил жар. Я сама стояла на балконе в одном халатике, в который успела облачиться после ужина. Под халатиком у меня было только нижнее белье, и под жгучим взглядом Лунтьера я почувствовала себя голой.

— Что он вообще тут делает? — продолжала возмущаться я.

Вот надо же ему было сидеть на балконе ровно в тот момент, когда я захотела подышать свежим воздухом!

— Наслаждается видом. И судя по всему, не только городским, — ехидно произнес Морф, явно тоже заметив, с какой алчностью Лунтьер прошелся взглядом по изгибам моего тела. — Впрочем, он любуется тобой, как и ты — им, — хихикнул фамильяр тише.

— Я не любуюсь им!!

— Н-да?

— Да!!! Он специально поселился напротив? Чтобы меня позлить?! — зашипела я.

— Видимо, он предпочитает, чтобы его жертвы знали, что за ними наблюдают.

— Я не его жертва!!!

Морф глубокомысленно покивал, тихонько давясь смехом.

Лунтьер как раз в это время поднялся из-за стола. Неспешно. Грациозно. Он неторопливо складывал газету, давая мне вволю полюбоваться мышцами на его спине и руках. А потом направился в гостиную, и полотенце уверенно поползло вниз с его бёдер...

Я резко отвернулась и залпом допила сок под аккомпанемент хихиканья Морфа и своего гулко стучащего сердце.

— Всё, я ухожу, Прямо сейчас. Пока не увидела чего-то, что нельзя будет забыть.

Морф всё хихикал:

— Слишком поздно. Ты уже увидела. И, судя по выражению лица, тебе понравилось.

— Мне не нравится! Я просто возмущена!

— Да-да, конечно. Особенно тем, что отвернулась слишком рано, да?

Проклятый фамильяр. Проклятый Лунтьер. Проклятый балкон. Проклятый Геросс!

Я драматично хлопнула дверью и упала на кровать лицом в подушку, издавая нечленораздельные звуки ярости и смущения.

Во мне роились две мысли: возмущение от самой себя из-за того, что я любовалась Лунтьером, как какая-то восторженная девица, и что я не полюбовалась как следует Лунтьером без полотенца.

А, и была еще третья мысль: может, вместо гранатового сока лучше налить себе побольше темного айлинора?..

Морф, летающий рядом, издевательски принял форму сердечка.

* * *

— Еля-я-я, давай быстрее!

— Я никуда не тороплюсь, чего ты меня дергаешь?

— Лунтьер будет ждать!

— Подождет.

— Но я тоже пироженки хочу-у-у! Давай поторопимся! — жалобно взвыл фамильяр, тыкаясь мордой мне в бок, будто пытаясь пробить брешь в моей решимости двигаться со скоростью сонной улитки.