Книга А это точно боярка? Том 4, страница 94 – Ирина Смирнова, Ива Лебедева

Попробовал бы кто-нибудь, кроме нас с Плюнечкой, такое провернуть — водный ящер понадкусывал бы не только головы, но и вообще все подряд. Но я же девочка! И вообще, любимая доченька. Меня нельзя кусать, а ругать бесполезно. Тем более что излишне воспитанный дракон даже матерится при мне вежливо, по-княжески виртуозно. Я особо красивые выражения конспектирую!

За что ледяному свекру прилетает уже от мамЛизы. Потому что я не жадная, я выученными словами и выражениями готова поделиться с любым, кто повод даст. Например, попытается задеть мой гарем. Особенно моего Горыныча!

Сашу задевать боятся, он сам с усам теперь, весь в покрышке некромантии. Ну, в смысле — проявляется в академии и при дворе в мантии с отличительными знаками магистра. Его даже отмороженный недоросль Паша-царевич не трогает.

А вот Игорь при дворе и в академии частенько как красная тряпка для недоумков с рогами и копытами. Потому что его вернувшиеся крылышки — государственная тайна, а былое увечье — давно достояние общественности.

Правда, опять же, Пашку на этот счет удалось воспитать весьма просто: я поймала его Плюней за пятую точку и снова того. Не сама, а симбионтом, конечно. Иначе Немезис стер бы паршивца из мироздания и сделал вид, что так и было.

На этот раз, кстати, моя малышка особо хитро его «накусала»: теперь, даже не приближаясь к царевичу, я в любой момент могу активировать «поджарку», стоит засранцу только рот открыть.

И что главное — все это с полного одобрения мамЛизы! Ибо нефиг, она только рада тому, что стабилизации многогранности сына ей отныне ждать в моей компании. А то Пашкин подростковый бунт подзатянулся, есть подозрение, что голов у мелкого не две, а больше. Вот кому-то повезет с кракозяброй в мужьях. Не птичка, не змейка… мантикора какая-то.

И даже гарем претензий не предъявляет, ибо я не собственноручно гаденышу задницу надрала, что было бы воспринято как сексуальное домогательство, а вовсе дистанционно щупальцем отшлепала. Формально даже не своим, потому что мы с Плюней решили: не будем пока сливаться в один организм, нам по отдельности веселее.

Что касается зайчика, то его защищать ни от кого не надо еще похлеще Сашеньки. Этот сидхе отлично устроился. С одной стороны, прикрыт званием холопа: ну кто из господ всерьез будет нарываться на драку с чужим «рабом»? С другой… с другой — еще круче! Мой милый домовой снял маскировку.

И теперь каждый, кто на него заглядывается, видит сразу все: невменяемую харизму темного двора вкупе с дикой сидской сексуальностью. И все это заполировано такой ленивой грацией хищника, готового убивать в любое мгновение, что оторопь берет всякого и всякую, кто даже подумает в ту сторону, чтобы задеть или стырить у меня ценную «собственность».

Доктора Зайцева двор дружно обожает издалека, видит в эротических снах и при этом на пушечный выстрел не приближается. А мне все эти товарищи так же дружно завидуют пополам с испуганным восхищением. Ибо я рискнула чудище не только держать у себя, но еще и трахать! При том что оно человечиной не брезгует, согласно сказкам и легендам. Дальние родственнички моего холопа даже специально охоту на людей устраивали, чтобы полакомиться.

Сам же Илья ныне доволен жизнью на все сто, ибо Немезис с легким сердцем окончательно отдал ему ключи от моего инвентаря. И зая там царит в свое удовольствие, милостиво разрешая мне тратить столько, сколько я захочу и куда захочу. Если, конечно, я докажу ему целесообразность сей траты. Ну или включу женскую… харизму.