Книга Истинная волчица для Альфы, страница 30 – Лина Венг

День тянется мучительно медленно. Каждый его жест, каждое слово — как удар под дых. Я пытаюсь отгородиться, спрятаться за маской безразличия и работы, но это бесполезно. Он видит меня насквозь, чувствует каждое колебание моего настроения. И я знаю, как ему тяжело сдерживать свои инстинкты, и я просто поражаюсь его выдержке. Отец иногда появляется в кафе, присматривает за мной.

Если бы не он, то Ксандр уж точно закинул бы меня на плечо и давно утащил бы в свое логово.

— Далия, ты ничего не чувствуешь к Ксандру? — спрашивает меня Элиан, когда вчера вечером зашел проведать меня.

— Я сама не могу понять, — признаюсь честно. — Когда он рядом, я словно вся становлюсь наэлектризованной. Сердце колотится. И чувствую его взгляд все время.

— Это связь, Далия, — мягко говорит Элиан, — древняя связь истинных. Она сильнее любых преград, сильнее воли или проклятия. Она — как зов крови, как отражение души.

Я опускаю взгляд, перебирая пальцами край футболки. Боюсь признаться даже самой себе, что его слова — правда. Что этот дикий, властный волк пробудил во мне что-то первобытное, что-то, чего я никогда не знала в себе. И это пугает меня, потому что я не знаю, как с этим жить.

Вечером, когда кафе закрывается и я остаюсь одна, Ксандр появляется в дверях. Он молча подходит ко мне, берет мое лицо в ладони и смотрит в глаза. В его взгляде — вся боль, вся надежда, вся нежность, которую он так долго сдерживал.

— Далия, — шепчет он, — я знаю, что тебе страшно. Я знаю, что тебе нужно время. Но прошу тебя, не отталкивай меня. Дай мне шанс доказать, что моя любовь к тебе — это не просто инстинкт. Это то, что делает меня живым.

Его слова проникают глубоко в сердце, заставляя его болезненно сжаться. Я вижу в нем не только вожака стаи, но и раненого зверя, отчаянно нуждающегося в любви и понимании.

— Мне очень тяжело держаться на расстоянии от тебя и не прикасаться, — говорит с рыком. — Особенно когда рядом крутятся самцы, а ты у меня пока, малышка, свободная самочка.

— Я человечка и не могу быть самкой, — возражаю.

— Как же ты ошибаешься, моя истинная, — мужчина говорит с нажимом. — И я тебе это докажу. Я уверен, что у тебя есть зверь, и волчица сильная.

Смотрю в его глаза и замечаю, как они меняют свой свет. Словно миллиард звезд вспыхнули золотистым цветом. В горле пересохло, и я не нахожу слов, чтобы ответить. Его близость обжигает, лишает воли. Я чувствую, как слабею под его взглядом, как рушатся стены, которые я так тщательно возводила вокруг себя. Боюсь признаться, что и сама жажду его прикосновений, его тепла. Боюсь этой дикой, неконтролируемой силы, которая поднимается во мне при одной мысли о нем.

Его пальцы нежно скользят по моей щеке, вызывая дрожь во всем теле. Я закрываю глаза, позволяя себе на мгновение забыть обо всем — о страхе, о законах. Позволяю себе почувствовать только его — его тепло, его силу.

— Я попробую, — шепчу едва слышно, открывая глаза. — Попробую понять. Попробую не бояться.

Уголки его губ приподнимаются в слабой улыбке, и я вижу, как в его глазах вспыхивает надежда. Он наклоняется и касается своими губами моих, легко и нежно.

— Я буду терпелив, Далия, — шепчет он, отрываясь от моих губ. — Дам тебе столько времени, сколько понадобится. Но никогда не откажусь от тебя. Ты — моя истинная, и я буду бороться за нас.