Книга Сестрёнка, страница 40 – Алёна Шахнина

— И?

— Ты можешь с ней… замутить?

Я сам не верил своим словам, но другого выхода не видел.

— Что это значит? — нахмурился Макс.

— Если Анька будет в отношениях, она на этого Марка и внимания не обратит. Пару таких встреч с ним, и он отстанет, поймет, что ловить нечего, — шепотом сказал я. — Знаю, звучит дико, но я могу заплатить.

— С дуба рухнул? — возмутился Макс. — То ты требуешь, чтобы я не трогал ее, а теперь просишь замутить.

— Макс, я не вижу другого выхода защитить ее!

— А рассказать правду не судьба?

— Аньку это не остановит, даже знай она, что он бандит.

Макс вытерся полотенцем, сложил и убрал матрас. Подошел ко мне и заглянул в самую душу.

— Кирюх, я дико хочу ее. Вот мозг плавится рядом с ней, как хочу. Но отношения — это другой уровень. Зачем мне это? Я не умею быть в отношениях, а у твоей сестры очень ранимая душа. И если у меня не получится, через пару недель мне придется бросить ее, что будет? А что будет с тобой, если она узнает? Я наслышан, ты уже однажды влез в ее личную жизнь, и ничем хорошим это не закончилось. И ты мне за это еще и деньги предлагаешь. Смешно.

— Да пусть лучше она поболеет, чем они ее изуродуют! — Я швырнул ложку в раковину. — Хорошо, не деньги. Но ты получишь, что хочешь.

— Даже не заводи разговор об этом! Нет и точка. Я может негодяй и прочее, но даже для меня это слишком.

Макс схватил бокал с кофе и сел за стол. Я провел рукой по лицу и потер переносицу. Остается только надеяться, что удастся обойтись без этого.

Сестра так и не вышла к нам, и мы уехали на мое второе задание. Макс со мной не разговаривал, и постоянно хмурился. А я злился на себя, что в попытках сделать лучше сделал только хуже. Мысленно я успокаивал себя — встреча Марка и Ани была случайной и вряд ли повторится. Домой его приводить я не собираюсь, встречаться с ним будем на нейтральной территории. Еще парочку заданий, и я откажусь от этой работы.

Я был благодарен Максу за то, что он отмазал меня перед Анькой, сказав, что Марк его друг. Зная, что он не мой друг, она потеряет к нему интерес, если только не захочет насолить Максу.

Утром она сбежала от неловкости, снова включив образ стервы. Если они правда просто разговаривали, то, скорее всего, она либо сболтнула лишнего, либо открылась ему. А такое случалось только однажды.

Я тогда еще отходил от разрыва с Евой, и наши отношения с Анькой испортились хуже некуда. Срывался на ней, пытался винить всех, но не себя. Сестра выдерживала мои нападки, возможно, понимала, что мне тошно. Рядом постоянно крутился Андрей — с ним я дружил с первого курса, и он всегда мне казался нормальным. Сестра ему нравилась давно, но она была холодна к нему. Он делал попытки, общался с ней, звонил, пытаясь пробить стену.

А потом я сорвался на Аньке при Андрее. Вышло случайно и по-дурацки, но сестра со слезами убежала из дома. Андрей пошел за ней, и вернулись они только часов через пять. И Анька, наконец, сдалась. Может, поддержка его помогла, может, нуждалась в защите от брата-идиота. Влезла в отношения, и стала счастливой. Два месяца она порхала и улыбалась, даже не держа на меня зла за мое поведение. Я успокоился, радовался за нее и тихо завидовал. Мы наладили с сестрой отношения, по крайней мере перестали гавкать друг на друга, достигнув хрупкого перемирия.