Книга На волнах оригами, страница 220 – Анна Джейн

Однако эту проблему решила Нинка, которая мудро рассудила, что «клин клином выбивают», и умело разнесла новые слухи, в которых я фигурировала таинственной родственницей ректора: то ли племянницей, то ли даже дочерью. Перешептывания и слухи никуда не делись, а вот отношение в целом изменилось. Ну и шутливое прозвище УК – удачливая Катя – так и осталось при мне.

Со временем, конечно, ажиотаж вокруг моей скромной персоны поутих – как говорят мудрые люди, ничто не может длиться вечно, однако меня раздражали и частые вопросы о том, где Тропинин, который пропал из списков очников. Естественно, о его истинной сущности никто из наших одногруппников не догадывался, зато многие видели, как мы целовались перед одним из экзаменов на прошлой сессии. Не то, чтобы любопытствующим было интересно, где Антон и что с ним; куда интереснее им было знать все о наших отношениях. Я неизменно отвечала, что Тропинин перевелся в другой университет и с ним все хорошо, но никаких отношений у нас сейчас нет. Больше всех надоедала староста Танька, которая, наверное, одна из всех искренне переживала за наши отношения. Вот и на следующий день после нашей с Ниночкой прогулки она, найдя меня перед занятиями в коридоре, уселась рядом и начала доставать.

В этот день я приехала очень рано, и около аудитории никого из сокурсников еще не было. Зевая, я купила в автомате кофе – слишком сладкий, но бодрящий, и села на лавочку, проверяя сообщения – не написал ли чего Антон.

Поспать мне сегодня удалось всего несколько часов, ибо гости Томаса, в очередной раз собравшись ночью на нашей кухне, разговаривали о современном искусстве громко и эмоционально, не давая Морфею даже шанса забрать нас с Нелькой в свои объятия. Угомонились они уже под утро, уйдя встречать рассвет. В результате сестра решила прогулять школу, а я приехала в университет раньше всех, потому что заснуть больше не смогла.

К моему удивлению, компанию до остановки составил мне сонный и слегка покачивающийся на утреннем ветерке Эдгар, который решил озарить сиятельным визитом и свою учебную альма матер. Пятый курс он закончил и вполне успешно, что меня всегда удивляло, ибо посещать университет братец не особо любил, и теперь, сдав экзамены, поступил в магистратуру, на заочное отделение. Одновременно он умудрился устроиться на работу по удаленке, и теперь сидение за компом приносило ему еще и деньги. Томас гордился Эдом вдвойне, Леша ворчал, что, мол, хорошо его племянничек устроился, а Нелька даже стала приносить братику чай, печенье и бутерброды, дабы задобрить ради получения карманных денег.

— Как там поживает Кира? – спросила я брата. Но тот, буркнув, чтобы я не сходила с ума, залез в автобус и был таков.

В университете мне позвонил Антон, который, видимо, еще не ложился спать. Мы смогли поговорить пару минут – вроде бы и ни о чем, зато настроение мое повысилось в разы при звуке его голоса, и на сердце стало теплее.

Я закрывала глаза, слушая его голос, и мне казалось, что он рядом.

— Я скучаю, – напоследок сказала я. Эта фраза раньше всегда была для меня дежурной, но сейчас стала почти священной.

— Жалеешь, что дала мне уехать? – весело спросил Кейтон.

— Нет, – мотнула я головой. – Жалею о том, что у нас было так мало времени. Что раньше мы…