Книга На волнах оригами, страница 199 – Анна Джейн

Ее не было видно за большой компанией. Зато она отлично видела Синего.

— Мне было хорошо с тобой, – вдруг сказал Келла, и Нинка замерла от неожиданности. Чего-чего, а уж этого она не ожидала услышать.

— Это было здорово. Хоть ты и та еще стерва, но рядом с тобой было классно, – продолжал он странным голосом. – И я скучаю.

Ниночка растерялась, почувствовав близкий вкус победы, но вида не подала.

— Бедняжка, – посочувствовала она. – Ты не в моем вкусе. Некрасивый и нищий. Без образования и стремлений. Ты никакой. Но тетя Эльза тебя по достоинству оценила. Не хочешь к ней в жигало? Она не любит нахлебников, но ты ее покорил.

— Ты, и правда, дура, – спокойно констатировал Келла. – Ты спокойно говоришь такие слова человеку, который любит тебя?

— Я говорю эти слова человеку, которого я не люблю, и это главное, – поспешила его заверить Нинка. Нет, все-таки победа над ним была близко, и это затмило разум. Она совершила еще одну ошибку. – Понимаешь, малыш, меня любят многие. Например, такой мусор, как ты. А я люблю только себя.

Девушка улыбнулась – так понравились ей ее слова.

— Журавль, это шутка. Плевать я на тебя хотел. Вот ты вроде бы умная девка. Но, черт побери, какая же ты бываешь тупая! – расхохотался вдруг Келла. Рэн рядом с ним откровенно ржал. Фил и Арин – улыбались. – Твое высокомерие тебя погубит, куколка. Думаешь, ты действительно мне нужна? Я не знаю, кем надо быть, чтобы любить тебя. Твой формат – одна ночь. От силы – две, – вынес он суровый вердикт. – Такие тян, как ты, вешаются на нас десятками. Ты не особенная. Сними корону.

Тут большая компания, за которой пряталась Нинка, пошла куда-то и этого хватило, чтобы Келла заметил девушку. Какое-то мгновение они смотрели друг другу в глаза, и, как назло, людей в этом месте отчего-то стало издевательски мало. И воздуха мало. Только огонь – жаркий и испепеляющий.

— Ради меня приехала? – улыбнулся Келла широко, и какая-то часть Нины вдруг отчетливо поняла, что скучает по этой улыбке.

— Мечтай. Я здесь вместе с Катей, к которой убежал твой дружок, – фыркнула Нинка. – Ты – мой способ скоротать время, пока они вместе. Да, кстати…

С приросшей улыбкой Нинка достала из сумки кошелек, из кошелька – крупную купюру, скомкала ее, обернула вокруг кольца – оно первое попалось под руку, и пошла вперед. Остановившись неподалеку от Келлы, она бросила кольцо, завернутое в купюру, вперед.

Оно упало прямо ему под ноги.

— Это – тебе. Ты хорошо развлек меня, малыш. Заслужил награду, – сказала Нина. Лучше бы, конечно, было прикрепить купюру жвачкой к стене, да вот беда, у Ниночки не было жвачки. – Подбери. Твое. Заслужил.

— Я тебя сейчас поймаю, Журавль, – удивительно спокойным тоном проговорил Келла, хотя Нинка ждала, что он начнет рычать от ярости. – И заставлю извиняться.

— Ой, да ты что? – проговорила она, не в силах избавиться от улыбки. К этому времени на нее глазели и все остальные участники группы. Только менеджер не видел – вновь разговаривал с кем-то по телефону. – А как? Бить будешь, Рыло?

— Я девушек не бью, – отвечал молодой человек, глядя на нее в упор. Их разделяло всего лишь несколько метров. – А жаль. Тебе бы с удовольствием вмазал.

— А как будешь заставлять извиняться? – была не в силах замолчать Журавль. С ней редко кто разговаривал подобным образом. – Кстати, паричок просто отпад. Акцент на волосах помогает не замечать в глазах твою фирменную тупость.