Книга Незваный гость, страница 28 – Анна Джейн

Он первым выключил телефон и опустился прямо на теплый песок, не боясь запачкать бриджи.

Он безумно хотел, чтобы друг приехал именно в июле — ведь в июле было первое настоящее выступление их группы.

Они назвали ее «Красные лорды» — так вышло случайно, кто-то просто посчитал, что со словом lords будет прикольно гармонировать слово red, и так и оставили, потому что над названием заморачиваться не хотелось — они больше на репетициях заморачивались и на том, чтобы друг друга не поубивать.

Кириллу не удалось устроить Дэну сюрприз.

Но выступление прошло хорошо. А через пару дней он узнал, что подружка Смерча — та самая Инна, погибла.

Период, когда Кирилл ненавидел Дэна, был, действительно, недолгим.

* * *

Мясо все-таки удалось мне на славу — оно понравилось и мне, и гостю, и, как я надеялась, должно было понравится и моим любимым парнем, который все не возвращался домой.

После ужина Кирилл предложил вдруг невинным тоном:

— Маша, а, Маша? А давай развлечемся?

— Это ты что имеешь в виду? — несколько обалдела я, вытирая руки полотенцем — только что перемыла всю посуду, героически отказавшись от помощи музыканта, ну, заодно, и от возможности, сияя глазами, заявить подружкам, что мне мыл тарелки и кружки сам Кезон из «Красных лордов»!

— Не пугайся ты так, — улыбнулся Кирилл.

И с невинными глазами предложил запускать с балкона самолетики.

— Чего? — захлопала я глазами. Я и мои головастики готовы были ко всему, что угодно, даже к непристойному предложению, но… этого мы не ждали.

— Давать пускать самолетики? Я тоже неплох в оригами, — продолжал парень. Темные глаза его засверкали. Кимоно, взлохмаченные волосы, естественная улыбка — он совершено не был похож на того загадочно-мрачного типа с из не менее мрачно-торжествующих клипов в ужасающем антураже. — Правда, умею делать только самолетики — Дэн научил. Но лучше отлично делать что-то одно, чем по чуть-чуть много, да? — поднял он на меня веселый взгляд, в котором вдруг зажглись детские искорки.

Полчаса мы сидели прямо на полу, сгибая и разгибая листы, дабы сотворить небольшую бумажную флотилию. Даже разукрасили. Я на многих нарисовала звезды. Правда, Кезон сказал, что не стоило мне рисовать пентаграмму, но я же не виновата, что он под другим углом на самолетик смотрел!

Как потом оказалось, он вообще на все смотрел под своим каким-то совершенно специфическим углом зрения. Это было его достоинством и недостатком одновременно.

— И что дальше? — с некоторой опаской спросила я.

— Надо проверить, как они летают. Это будут наши почтовики, — было мне ответом. — Пойдем на лоджию, подруга моего друга!

— Лучше просто Маша, — поправила я его.

— Просто Маша, — согласился Кирилл и резво встал с пола.

Мы оказались на лоджии, располагавшейся в центре огромного нового панельного дома на пятом этаже. Как я уже говорила, лоджия выходила на широкую ухоженную набережную, которая сейчас, теплым умиротворенным вечером, была переполнена желающими прогуляться компаниями и парочками, а также занимающимися спортом. По специальным дорожкам ездили и велосипедисты, и рассекали воздух роллеры, и делали трюки скейтеры… Мы с Дэном тоже изредка катались тут на роликах. Правда, когда в последний раз я здорово ушиблась, врезавшись — на минуточку — в дерево, и Смерчик заявил, что со мной вообще больше никуда не пойдет — во избежание. Я с такой постановкой вопроса согласна не была и планировала заманить его покататься на великах.