Книга Измена: Любовница Носит Моё Лицо, страница 59 – Виктория Северина

Лиана усмехнулась.

— Кассиан почти именно этим и занимается.

— Кассиан делает другое.

— Откуда знаешь?

Роэн пожал плечами.

— Потому что ты сидишь передо мной.

Она нахмурилась.

— Не понимаю.

— Если бы он просто уничтожил имя, ты бы не смогла его назвать.

Лиана замерла.

Роэн продолжил:

— Ты знаешь, кто ты. Связь мира с этим именем разрушена. Но внутри имя осталось.

Она коснулась груди.

— Значит, я всё ещё Лиана.

Роэн посмотрел прямо.

— Это ты сказала.

Она раздражённо нахмурилась.

— И?

— И мне достаточно.

— Ты не уверен?

— Не моя работа решать, кем ты являешься.

Лиана смотрела.

— Очень удобно.

— Наоборот.

Роэн откинулся на спинку стула.

— Было бы удобно решить за тебя. Назвать другим именем. Сказать, что старая Лиана умерла. Записать новую.

Она побледнела.

Кассиан.

Роэн сразу понял.

— Он так говорил?

Лиана кивнула.

— Что прежней меня уже нет.

— Тогда у вас странный муж.

Она хрипло рассмеялась.

— Бывший.

— Хорошее уточнение.

Лиана посмотрела на книгу.

— Если завтра я скажу, что меня зовут иначе?

Роэн задумался.

— Запишу.

— И забудешь Лиану?

— Нет.

Она нахмурилась.

— Почему?

— Потому что ты уже была Лианой, когда дала свидетельство.

— А если это ложь?

Роэн пожал плечами.

— Тогда это твоя ложь.

Лиана несколько секунд смотрела на него.

— Ты правда просто веришь человеку?

— Нет.

— Но имя записал.

— Потому что имя не имущество суда.

Он постучал пальцем по переплёту.

— Я не решаю, достоин ли человек называться так, как назвался. Я фиксирую, что он это сказал.

Лиана опустила взгляд.

— Кассиан бы тебя ненавидел.

— Хорошо.

— Почему хорошо?

— Не люблю придворных магов.

Она усмехнулась.

— Очень глубокая философия.

— Спасибо.

Роэн встал.

— Тебе нужно есть.

— Я не голодна.

— Мне всё равно.

— Роэн.

Он остановился.

Впервые она назвала его по имени.

— Что?

Лиана смотрела серьёзно.

— Если уйдёшь сейчас и вернёшься через час…

Роэн понял.

— Буду помнить.

— Откуда знаешь?

— Не знаю.

Она разозлилась.

— Опять.

Он вздохнул.

— Потому что помню сейчас после ночи. Этого обычно достаточно.

Лиана опустила глаза.

— Обычно.

— Да.

Роэн пошёл к двери.

— Роэн.

Он снова обернулся.

— Что?

— Спасибо.

Слово прозвучало едва слышно.

Роэн нахмурился.

— За суп?

Она усмехнулась.

— За имя.

Он посмотрел на неё дольше обычного.

— Ты сама его назвала.

— Но ты запомнил.

Роэн не нашёлся с ответом.

Поэтому вышел.

Через час вернулся с едой.

Лиана сидела у окна.

Она сразу повернулась.

Не спросила.

Просто ждала.

Роэн поставил поднос.

— Лиана, если ты собираешься проверять меня каждый час, это быстро начнёт раздражать.

Она закрыла глаза.

И рассмеялась.

Настоящим хриплым смехом.

Не тем, который теперь принадлежал Селесте.

Своим нынешним.

Роэн посмотрел на неё странно, но ничего не сказал.

Для Лианы этот раздражённый голос оказался сильнее любого обещания, которое она могла услышать.

Он помнил.

Не молодое лицо.

Не прежний голос.

Не родинку.

Не жену Кассиана.

Её.

Ту, которая сидела сейчас у окна с изуродованной щекой и чужими обрывками в голове.

И впервые с того момента, как Кассиан начал разбирать её жизнь по частям, Лиане не пришлось никому доказывать, что она существует.

Глава 10. Мне больше не нужно прежнее лицо

К утру Лиана уже решила, что пойдёт к Адриану. Решение это появилось не после долгих раздумий и уж точно не после спокойного взвешивания опасностей: она проснулась ещё до рассвета, несколько мгновений лежала неподвижно, прислушиваясь к собственному дыханию, а потом просто поняла, что больше не может находиться здесь, пока сын живёт в одном доме с человеком, который заставил его назвать чужую женщину матерью. Лекарь велел провести ещё несколько дней в постели, Роэн вчера недвусмысленно сообщил, что Лиане пока лучше вообще не выходить на улицу, а её тело поддерживало обоих: стоило резко подняться, как перед глазами темнело, в груди начинало неприятно колоть, а кожа на левой щеке отзывалась тупой горячей болью. Всё это не имело значения. Адриан был где-то там. Возможно, спрашивал о ней. Возможно, уже перестал спрашивать. Последняя мысль заставила Лиану сесть так резко, что комната качнулась, а в животе подступила тошнота.