Книга Бунтарка. (не)правильная любовь, страница 106 – Екатерина Васина

— Я думал ты с Тимом, — сообщил Марк, после чего наклонился и коснулся своими губами — моих. Тем самым вызвав ко мне жгучую зависть всех женщин в ближайшем радиусе.

И я ему сказала. Точнее — рассказала. Про Юльку, про ее наследство, про то, что мне необходимо уехать с ней в качестве переводчика, так как мои языки — итальянский, английский и немецкий. Марк слушал и молчал. Только длинные сильные пальцы постукивали по столу в одном ему ведомом такте.

Тук-тук… а потом туктуктук. И опять медленно.

И вот…

— Марк, мне надо с ней ехать.

Я смотрела ему в глаза и тщательно запихивала совесть подальше. Да, много работы. Да, я еще не заработала отпуск. И если он мне запретит я не полечу.

Но…

— Надолго? У нее есть виза?

Как всегда, вопросы по существу. Передо мной сейчас сидел не тот, кто ночью шептал на ухо такое, что заставлял краснеть.

— Визу она оформляет. Уйдет где-то около недели. Там по срочной причине, главное — документы правильно собрать.

— То есть, Кристина Анатольевна, вы мне говорите, что через неделю рванете в Германию на неопределенный срок.

Мда, судя по голосу, Марк как минимум не испытывает восторга.

— Ну в интересах Юльки провернуть все побыстрее, — пробормотала, изо всех сил продолжая смотреть ему в глаза. Безумно хотелось потупиться как нашкодившей школьнице. Которая решила покурить за углом, а ее поймал суровый учитель.

— Думаю, в ваших интересах тоже вернуться побыстрее.

— Это значит «да».

Марк зачем-то заглянул в мою пустую чашку и спросил:

— Сколько чашек кофе ты выпила, Кристина.

Так, переход на неофициальное общение давал надежду. Да и взгляд уже не отливал сталью.

— Три, а что?

— Больше одной в сутки запрещаю.

Такой резкий переход от темы поездки к теме кофе выбил меня из колеи на пару секунд. Я, наверное, смотрелась немного глупо, пока открывала и закрывала рот. Потом возмутилась:

— Это что, приказ? С какой ра…

Марк чуть наклонился и прижал палец к моим губам. Чувство тепла мигом напомнило ночь. Как я губами обхватывала его пальцы, посасывала их, прикусывала.

Вашу ма-а-а-ать!

— С такой, Кристина, радости, что мне нужен нормальный работник, а не истеричка с горящим взглядом и пульсом за сто. Предпочитаю, чтобы такой у тебя если и становился, то исключительно в постели. Так что, завязывай с кофеином. Я проверял, сколько раз ты на работе просила девочек принести тебе кофе.

— Следишь?!

— Если человек не заботится о себе, то его надо подтолкнуть в нужном направлении.

Мне сейчас чашку в его направлении хотелось толкнуть. Жаль, она пустая, а то горячий кофе на светлых брюках м-м-м.

— Может, ты меня и в спортзал заставишь ходить?

Если я ожидала от него смущения или чего-то подобного, то жестоко просчиталась. Марк откинулся обратно на спинку стула. Провел взглядом по мне, отчего волоски на коже встали дыбом. И лениво проговорил:

— Можно, конечно, но лично меня все устраивает.

И потом сразу, без паузы:

— Как соберетесь лететь, скажи мне. И реши за эту неделю кого поставишь на замену. А, отпуск за твой счет. Исключительно потому, что ты перерабатывала и заслужила несколько отгулов. Несколько, Кристина.

Он встал, давая понять, что разговор закончен. Короткий взгляд на блеснувшие из-под обшлага часы.

— Мне пора, очень много дел. Вечером я приеду.