Книга Сердце мира, страница 74 – Рия Альв

* * *

— Неплохая попытка, – сказал я, глядя на угасающую пентаграмму.

Она проработала от силы полминуты, а потом снова потухла, загашенная темной энергией.

Мы знали, что, как только зажмем крысу, она откроет настоящие разломы, не дожидаясь нужного времени и места. Испортить пентаграмму у нас бы не вышло. Защита на ней стояла такая лютая, что без нескольких часов кропотливой работы в благоприятных магических условиях нам бы поотрывало руки. Поэтому, раз мы ничего не могли сделать с формулой, решили пошаманить над условиями ее активации.

Для ее работы был необходим дисбаланс, поэтому мы накопили темной энергии. Сейчас же просто выпустили запасы, создав ровную среду с преобладающей магией. Для меня лучше бы собирали светлую, но тогда и взаимодействовать с накопителями пришлось бы самому. А мне такие сложные штуки никто не доверял.

Ну и для выбора именно темной энергии была еще одна причина.

Анс даже пальцем не шевельнул, а шею «Лалит» стянуло заклинание, блокирующее магию. Меня немного пугала та скорость, с которой Анс ее материализовал. Насколько я знал, чтобы повесить блокатор, нужно было коснуться жертвы. Я пригляделся и заметил тончайшую нить, оставившую неглубокий порез на шее «Лалит», прямо под формулой блокатора.

Стало еще страшнее.

Анс не зря возглавлял мой личный топ «Никогда не зли этих ребят, если не хочешь умереть самой страшной смертью». После него шли Абелоун и Третья.

— А теперь поболтаем, – улыбнулся я.

— Сегодня не в настроении, давай в другой раз, солнце, – лениво повела плечом «Лалит». Из-за темной энергии путы, которые до блокирующих чар набросила Лейси, немного ослабли, но это было не слишком важно.

— Ты ответишь на мои вопросы, – сказала капитан, подходя ближе, – но сначала сними с себя морок.

— Давайте наоборот, не люблю светить лицом на публику. Все обычно пялиться начинают, раздражает.

Я заметил, что у того, кто скрывался под маской Лалит, изменилась манера говорить. Лалит говорила быстро, отрывисто, будто набрасывая слова в кучу одно на другое, проглатывала звуки. Наемница же изъяснялась медленнее, плавнее, будто никуда в этой жизни не торопилась. У нее были длинные ясные гласные и резкие, звучные согласные, будто мешались два противоречащих друг другу говора.

— Твое мнение не учитывается, – сказала Аин, подходя ближе к наемнице.

— Ты мне сразу не понравилась, – уныло сообщила она ей.

Аин ее проигнорировала, внимательно вглядываясь то ли в лицо, то ли во что-то чуть выше ее лица.

— Даже противно признавать, насколько это хорошая работа, – наконец сказала она.

— Помочь? – спросил Сивиз, подходя ближе. Он протянул руку Аин, и она вложила в нее ладонь.

Магический талант Сивиза позволял находить слабые места и уязвимые точки магии. Этим видением он мог делиться и с другими. Хорошо, что Стормланны не ладят, если бы они объединились, захватили бы мир за пару дней.

— Ты мне, кстати, тоже не нравишься, – сообщила наемница, глядя на Сивиза. – Давно хочу выколоть тебе глаза.

— И чем же я так тебе не нравлюсь? – спокойно спросил он. Но взгляд у него был такой, что, будь я на месте наемницы, помер бы от разрыва сердца.

— Не люблю лжецов. – На лице «Лалит» не отразилось ни единой эмоции. – По крайней мере, таких, которые врут тем, кто мне нравится.