Книга Сердце мира, страница 11 – Рия Альв

— На работе пить нельзя, – напомнил Нарро. Бьерн продолжал подталкивать его вперед, а сам Нарро не особенно сопротивлялся. Проще было согласиться, чем спорить с матросом, который решил с тобой выпить.

— Так мы не на работе, вахта не наша.

— Я на работе.

— За морем следишь, шоб не буянило? – усмехнулся Бьерн.

— Вроде того, – выдохнул Нарро. Стоило признать, что большую часть дня он ходил и пялился на воду с разных ракурсов, пытаясь понять, что же его так нервирует.

— Оно, может, и правильно, – с неожиданной задумчивостью сказал Бьерн, – море ноныча странное. Каждый год сезон штормов все раньше и раньше, так думали, оглянуться не успеешь и вообще в море не выйдешь. Мы в этом году больше на рейс и не собирались уж, а тут говорят, мол, сезон штормов запозднится. Как вот специально для вас. Чай, господин твой с Хозяином дорог договариваться научился?

Моряки обычно называли Фолкора не иначе как «Хозяин дорог» и считали его своим главным покровителем. И да, если бы Нарро узнал, что Сивиз правда с ним договорился, он бы не удивился.

— Ну да, недельная задержка сезона штормов в обмен на новый храм в Вольном городе – отличная сделка.

Бьерн рассмеялся его штуке, вроде и искренне, но все равно как-то не совсем радостно.

— Думаешь, что это не к добру? – спросил Нарро.

— Ох, малой, сам не знаю. – Бьерн даже остановился и задумчиво почесал затылок. – Прабабка моя говаривала: ничего просто так в этом мире не делается, – а она у меня шибко умная была. Вот и думаю я, к добру это али ко злу. Радоваться бы должно, а я чей-то все тревожусь. Ажно в голове от этих мыслей все путаться стало. Сегодня вот забыл, как капитана зовут. А завтра что? Имя родной жены не вспомню?

Было странно услышать, что такой могучий и веселый человек, как Бьерн, вдруг тревожится ни с того ни с сего. Нарро не знал, насколько была права Бьернова прабабка, но знал: у тревоги всегда есть причина. Пусть не очевидная, но есть.

— Лесное дитя! – раздался откуда-то спереди радостный оклик.

Среди других матросов Нарро тут же нашел взглядом Уну. Это была женщина чуть за тридцать с волосами, выкрашенными в ярко-синий у корней, перетекавший в зеленый к концам. Нарро она нравилась – то ли из-за теплой улыбки, которую не портил даже заметный шрам около правого уголка губ, то ли из-за того, что она метала ножи почти так же хорошо, как он сам.

А еще она всегда называла Нарро «лесное дитя», хотя это было неправильно. Назвать так можно было только настоящего эльфа, родившегося в Истинном лесу, прячущемся за горами Драконьей смерти. Нарро же сомневался, что даже в том выпавшем периоде жизни видел Истинный лес, но поправлять не стал.

— Лесное дитя, смурной ты какой-то, давай… так, а зачем, бишь, мы здесь? – Уна вдруг нахмурилась и рассеянно огляделась по сторонам, будто начисто позабыла, где находится.

— Чтобы напиться! – с радостью подала голос Лалит. Она была второй помощницей капитана и отвечала за команду.

Сейчас она, видимо, собиралась ответственно контролировать попойку. Что ж, похвальное погружение в коллектив. Такому профессионализму можно только завидовать.

— В этот раз я тебя точно перепью!

Лалит вскочила и, упершись одной ногой в бочку, угрожающе ткнула пальцем в сторону Нарро. Он сделал вид, что не замечает ее.