Онлайн книга «Идеальный мир для оценщика»
|
— Зашибись, — не знаю даже, радоваться или огорчаться. Наверное, все-таки радоваться — рядом с зомби лежит несколько сумок, мечи, какие-то свертки ткани… Быстро проверяю все, забираю оружие и сумки… Приказываю зомби отползти подальше, прихватив с собой отвалившуюся руку, и снимаю заклинание. На втором этаже осматриваю принесенные зомби вещи — в сумках несколько арбалетных болтов, окаменевшие куски хлеба, пустые склянки, пара простеньких ожерелий, вообще не представляющих ценности. Оценка показывает, что это самые дешевые украшения из древесной смолы. Скукотища, короче. Пока проверял, солнце скрылось за горизонтом. — Вообще отлично. Теперь всю ночь не спать. Ну да ладно. На черное небо выкатывается из-за горизонта полная луна, огромная и желтая, словно кусок сыра. Сижу у костра и по привычке перебираю зелья и другие вещи… Снаружи раздается топот копыт и бешеное ржание. Вскакиваю, оказываюсь у окна. Мимо башни движется группа из дюжины всадников. Все в добротных доспехах, латы одного так и вовсе отливают золотом в свете луны. Всадники мчатся к реке — судя по всему, намерены форсировать ее верхом. К реке… Когда ручей успел раздасться в реку? Впрочем, неважно, а важно то, то следом несется еще один отряд. Этих больше раза в два, а то и в три. Первые оглядываются, что-то кричат, похоже, готовы к переговорам, но преследователи хранят молчание. Вижу, как один из них на полном скаку вскидывает арбалет. Болт попадает в спину убегающего всадника. Тот падает лицом на шею лошади, а она мчит дальше, не снижая скорости. У преследователей, похоже, кони свежее — они быстро догоняют первый отряд, берут его в кольцо. Вырваться удается лишь троим, среди них тот самый человек в золотых доспехах. Трое беглецов на полном скаку влетают в реку. — А там, оказывается, брод. — Вижу, как кони пересекают реку по грудь в воде. Оказавшиеся в окружении воины кричат, поднимая оружие над головой, — пытаются сдаться. Но преследователи не намерены договариваться… Щелкают арбалеты, и всадников в кольце сразу становится вполовину меньше. Оставшиеся обнажают мечи и бросаются в самоубийственную атаку. Один сражается так умело, что его никак не могут достать. На него налетают сразу двое, мечи сверкают в лунном свете. Одиночка отбивает один выпад, уклоняется от другого. Откидывается на спину, вытянувшись в седле горизонтально, и вонзает клинок в спину одному из нападавших. Тот сползает с коня. Второй бросается на мечника. Клинки со звоном сталкиваются в воздухе — я не успеваю разглядеть, что именно он сделал, но отсеченная кисть врага, все еще сжимающая меч, летит в траву. — Давай, браток, покажи им. — Я прямо-таки переживаю за этого мастера. Больше никто не рискует вступать с ним в прямое столкновение. В воздухе свистят ременные петли. Две он рассекает на лету, но еще три опутывают его. Короткий рывок — и мечник рухнул с коня. — Жаль бедолагу. Схватка жестокая, но короткая. Беглецов перебили, почти всех. Парочку оставили в живых. Сначала подумал — решили проявить милосердие. Но потом услышал крики боли. Нет, про милосердие тут не слышали. В свете луны вижу, как одного из уцелевших подводят к человеку в балахоне. Тот взмахивает руками, на мгновение вспыхивает яркий свет — и пленник издает дикий вопль. Из окна башни видно, как он поднимает руку, с которой слезает кожа, потом отваливаются куски мяса, а потом рассыпается в пыль сама кость, а он все орет. |