Книга Идеальный мир для оценщика, страница 144 – Олег Сапфир, Натан Раух

«Сыны пустошей» — контора.

Да-да, так и есть.

Контора разных дел.

Кто платит — тот получает услугу.

Нужен проводник до старой дороги? Заплатите, получите.

Охрана для каравана через серую полосу? Заплатите, получите.

Ах, нужна пятерка пустошников на пять дней поиска? Заплатите, получите. Что, нужна пятерка лучших? Тройной тариф, заплатите, получите.

Мы все сделаем.

Оценку находки, продажу реликвии, сопровождение груза, зачистку мелкого гнезда мертвяков, поиск пропавших людей (если заказчик достаточно глуп, чтобы верить в их спасение) — все получит.

За деньги.

Всегда за деньги.

Иногда заказчики умничали или сомневались.

Особенно новые.

Вот как тот молодой дворянчик неделю назад. Сидел внизу, в отдельной комнате для «уважаемых господ», крутил на пальце перстень и все щурился на договор.

— А если они найдут что-то ценное и захотят оставить себе? — трясся он.

Лемар тогда даже не сразу ответил. Сделал глоток вина, посмотрел на него и усмехнулся.

— Обязательно захотят.

— Что?

— Оставить себе захотят. Все хотят. Пустоши такая штука… Нашел старое кольцо, медальон, кусок реликвии, странный камень, который и не камень вовсе, а артефакт ценой в дом с конюшней, и сразу в голове мелькает мысль: а может, заказчику сказать, что ничего не было?

Дворянчик нахмурился:

— И?

— И поэтому после возвращения они идут в комнату проверки.

— Какой проверки?

— На шаре правды, — веско сказал Лемар. — Группа возвращается, сдает находки, потом садится перед шаром. И мы в вашем присутствии задаем вопросы.

— Какие вопросы?

— Простые. И отработанные. Все ли найденное сдали? Ничего не спрятали? Не нашли ли место, куда хотите вернуться потом уже без договора? Не обошли ли руины стороной специально, чтобы потом забраться в них отдельно?

Дворянчик помолчал, потом уточнил:

— А… Они так делают?

— Делали бы постоянно, если бы могли.

— А шар?

— Шар показывает ложь. Темнеет он, когда врут.

— А если они скажут, что забыли?

— Тогда шар тоже темнеет.

— А если не знают, что нашли?

Лемар пожал плечами:

— Тогда не темнеет. Пустоши не любят честность, но шар — любит. Вопросы надо задавать правильно. Мы умеем. Вы тоже сможете задать.

Дворянчик посмотрел на договор уже иначе:

— Значит, все найденное, кроме комиссии, мое?

— Кроме доли группы. Обычно десятая часть после оценки. Если хотите лучших, условия могут быть другими. Но в целом да. Они рискуют, вы платите, мы следим, чтобы никто не думал, что он умнее всех.

— А если они не вернутся?

Лемар улыбнулся и развел руками:

— Тогда проверять будет некого.

Так дело и шло, Ничто, связанное с пустошами, не было идеальным, но работало достаточно хорошо, чтобы люди снова и снова приносили деньги.

У двери стоял охранник в кожаном панцире с нашитой металлической чешуей. Увидев Лемара, он выпрямился:

— Доброе утро, господин!

— Оно станет добрым, когда ты перестанешь орать мне в ухо, — процедил Лемар.

Охранник побледнел.

В зале собралось уже много людей.

У стойки спорили двое возчиков, требовавших проводника до северного тракта. На лавке сидела вдова в черном платке и сжимала в руках кошелек. Скорее всего, пришла искать мужа. Или сына. Все они приходили одинаковые: бледные, с надеждой в глазах и суммой, которой хватало разве что на то, чтобы им вежливо объяснили очевидное.