Книга Мне нужна жена, страница 100 – Наталья Юнина

— Почти сразу после развода. Ложись на живот, Алька, я тебя веником побью.

— Нет. Мне давно уже пора отсюда уйти. Знаешь же, что я терпеть не могу бани, - приподнимаюсь с сиденья, затягивая сильнее простыню, но Стас тут же перехватывает меня за руку и усаживает обратно.

— Надо, Аля, надо. Я из тебя сейчас все плохое изгоню.

— Про себя не забудь, - резко бросаю я.

— Не забуду. Сначала я тебя побью, потом ты меня… веничком. Ну как?

— Я первая, - предлагаю я, прикусывая губу, чтобы не засмеяться.

— Комбинацию из трех пальцев показать? Первый я, Аля. Ложись. Будем окончательно мириться.

— Битьем вениками? – скептически интересуюсь я, а сама внутри испытываю необъяснимое чувство радости.

— В том числе.

— Может идея не плохая, но мы не одни, в чужой бане. И так уже налажали.

— Не бойся, они не придут, пока мы не выйдем.

— Откуда вдруг такая уверенность?

— Я попросил Вольского оставить нас одних. Ну а тут Тамара сама его раньше времени увела. Так что не трусь, Алька.

Сафронов стаскивает с меня простыню, кладет ее на сиденье, я привстаю с места и застываю, глядя на кислое лицо Стаса.

— Трусы?! Мать твою за ногу, кто ходит в баню в трусах?!

— Я.

— Снимай давай.

— Разбежалась.

Ложусь на свою простыню, подкладываю под голову руки и жду. А еще улыбаюсь, сама не зная почему.

— Ты там живой?

— Определенно, апельсинка, - проводит рукой по моему бедру вверх, задевая резинка трусиков. И тут до меня вдруг доходит.

— Почему апельсинка?!

— Да у тебя ножки чуток целлюлитные стали.

Сволочь! На больную мозоль, можно сказать, наступает. Как только узрел при таком свете?! Глубокий вдох и выдох.

— Ну главное, что мне мои бедра нравятся.

— Ой, а мне как нравятся, - игриво шепчет Стас, стягивая с меня трусы. – Я, кстати, пошутил про целлюлит. Думал ты взбесишься и от злости не заметишь то, что я стягиваю с тебя трусишки.

— Я взбесилась. И заметила. Зачем ты мне жопу оголил?

— Чтобы бить, зачем же еще, - усмехается Стас и проводит ладонью по попе. А потом резко замахивается ладонью по ягодице. Не могу сказать, что больно. Нет, просто неожиданно. Но больше всего удивляет то, что дальше Сафронов начинает мять мои «булки».

— Стас?

— Ммм?

— Ты веником меня собирался бить, а не пирожки из моих ягодиц лепить.

— Точно. Отбить жопу, - в очередной раз усмехается Сафронов, начиная бить меня веником по всему телу, не забывая и про задницу.

А мне вдруг стало дико смешно. Еще несколько часов назад я рыдала в ванной от обиды и от того, что все у нас вышло… да вот так вышло. А сейчас лежу, еле сдерживая смех от ударов Сафронова, сопровождающихся какой-нибудь фразой.

— Брысь дурные мысли, брысь! – хлесткий удар веником впервые отозвался вполне себе ощутимой болью.

— Может теперь я поиграю в госпожу?

— Нет, - тихо произносит Стас, откидывая, судя по звуку, веник в сторону. И тут происходит то, чего я уж точно не ожидала. Он меня целует. В принципе в этом нет ничего такого, ну если не брать в расчет, что целует он мою разгоряченную задницу.

— Стас, прекрати!

— Что опять не так?

— Ты целуешь мою задницу, вот что. С меня, блин, пот стекал, она соленая.

— Сейчас точно скажу соленая ли, - мгновение и Сафронов кусает мою ягодицу.

— Ты нормальный вообще?! – вместо ответа Стас отрывается от моей попы и смакуя произносит: