Книга Попала, или Кто кого, страница 167 – Наталья Юнина



— Она все поняла о нас, да?

— Конечно, поняла. Не бойся, я поговорю с ней. Не хочешь пока огласки — не будет.

— И что ты ей скажешь?! Ну вот знала же, что не надо здесь даже находиться рядом.

— Попрошу не болтать, а я в ответ никому не расскажу, что она трахается с женатым рентгенологом. Ой, только что тебе рассказал.

— Какой кошмар.

— И не говори. Больничные развратные будни. Все, Светик, за работу. Бабке не звони. Если она сама все же соизволит это сделать, трубку бери. Ближе к вечеру — ночи, поговорим о бабке и не только. Все, не зевай. Гоу работать.

— Ты как?

— Уже лучше. Дышать стало определенно легче.

— А я тебя просил не обжираться.

— Все, я больше так не буду делать, — откидываясь на спинку дивана еле-еле произношу я. Не помню, чтобы когда-нибудь так объедалась. Я грешница- чревоугодница, но было так вкусно, что я забыла обо всем на свете. И о бабушке, и о том, что Женя знает о нас. Вообще обо всех проблемах. — А колбаски еще остались? Ну это я на будущее спрашиваю.

— Для тебя не остались. Есть в двенадцать ночи — дурной тон.

— Сейчас полдвенадцатого, а поели мы полчаса назад. Если тебе просто не нравятся полные девушки, так и скажи.

— Ты серьезно? — в недоумении интересуется Волков, садясь рядом.

— Что именно?

— Тебе до полной девушки жрать и жрать, несколько килограмм действительно не помешает наесть.

— Тогда что не так? Тебе еды жалко?

— Жалко будет, если ты сляжешь с острым приступом панкреатита. Я сказал больше так не жрать. Все. Точка.

— Ладно, я больше не буду. Честно.

— Если я пересажу тебя себе на колени, ты на меня не срыгнешь?

— А ты пересади и посмотрим, — сквозь смех проговариваю я. Если уж быть честной, я не думала, что Волков действительно меня пересадит к себе на колени. Это была скорее неуместная шутка. Отчаянный человек, не иначе. И я опять в дурацкой позе с разведенными ногами, ну хоть в штанах и на том спасибо.

— Свет?

— Ммм?

На мое «ммм» Кирилл ничего не ответил, мы оба молчим, просто смотря друг на друга. Долго молчим, я бы сказала непозволительно долго. Я в который раз отметила, что у него веснушки на лице, и глаза серые, голубые и зеленые одновременно, если так можно сказать. Сама не заметила, как начала водить ладонями по его щекам, отмечая его небольшую щетину. Так мне нравится даже больше, чем когда он гладенький. Странно, а я всегда думала, что будет наоборот. Хотя о чем я. Ведь я никогда и не думала, и уж тем более не мечтала о мужчине такого возраста. Взрослый, щетинистый наглый хам. Но заботливый и хороший. Очень хороший. Хотя никакой он не хороший, просто… просто я в него влюбилась. Да, наверняка, так и есть. Странно, почему раньше эта мысль не приходила мне на ум столь четко и осознанно? Очень неожиданное осознание, вызвавшее во мне очередную порцию смеха.

— Мое отделение из-за тебя премии лишат. В общем, во всем виновата ты, Света, — вполне серьезно произносит Кирилл, от чего я в миг перестаю смеяться.

— Это из-за бабушки? — прекращая гладить его щеки, задаю больной для меня вопрос.

— Причем тут твоя бабка? Вот уж о ней я точно не думаю двадцать четыре часа в сутки.

— То есть все-таки из-за меня?

— Ну а из-за кого я фактически забил на работу, уходя в пять вечера? Ночью поработаю, да, Светик? Прям очень активно закрываю пробелы. И истории болезни закрыл, и бумаги разобрал, что там я еще должен был сделать? — уже более мягко добавляет он, чуть улыбаясь.