Книга Эксклюзив, страница 93 – Наталья Юнина

— Уверена, что нет.

— Да ни за что не поверю. Она хоть временами и дура, но не тупая.

— Она не знает про Федора.

— В смысле? Она уже как месяц вернулась, ты что не познакомила ее с ним?

— Нет.

— Почему?

— Потому что я не хочу его спугнуть, – вполне серьезно произношу я. – Она же с порога заявит, «когда свадьба» и что-нибудь в этом духе. Начнет давить на Федора. Как бы я ее ни любила и ни уважала, я знаю ее отрицательные стороны. Она добьет кого угодно. Вот когда мне предложат стать Неповторимой, тогда и познакомлю.

— А когда ты ночуешь у него, что говоришь?

— Что работаю.

— Но ты же больше не работаешь.

— Ну… вру.

— Охренеть. Почему я об этом только сейчас узнаю?

— Может, потому что ты влюбилась по уши, и мы виделись три недели назад? – немного грубым голосом произношу я.

Да, я ей немножко завидую. Я была у Василия в гостях всего однажды, когда навещала приболевшую Люсю. И у него квартира, в отличие от моего Неповторимого, не напоминает фильм ужасов. Люсе в чужой квартире явно хорошо, что, собственно, она и не скрывает. И в туалет она, наверное, ходит, не молясь, как я.

— У вас что-то случилось? Вы поссорились?

— Нет. С чего ты взяла?

— А что не так?

— Все так. Ну за исключением одной проблемы.

— Ясно. Писюн маленький?

— Нет! Больше, чем у Васи, – возмущенно бросаю я и тут же прикусываю язык. Хотя Люся и без того знает при каких обстоятельствах я узрела хозяйство Василия, но сейчас это выглядит с моей стороны некрасиво.

— Тогда в чем дело? Не стоит?

— Да что тебя все на генитальную тему несет? Хорошо у нас все с этим делом.

— Тогда что не так?

И тут из меня прорывается все, что накопилось. Я описываю каждый уголок этой квартиры.

— Я не прошу хоромы, но это коричневое нечто приводит меня в ужас. Но это полбеды. Меня всегда пугал туалет в его квартире, он очень узкий. У меня в нем развивается приступ клаустрофобии и…

— Ты там застряла?

— Нет. Просто, когда дергаешь за веревочку…

— Какую веревочку?

— Ну, которая смывает все.

— А-а-а, все настолько плохо. Ну вот свяжись с честным ментом и бушь какахи смывать веревкой. Ну ладно, что там произошло с веревкой? Ты ее оторвала?

— Нет. Дело в другом. Всякий раз, когда за нее дергаешь, происходит… как бы сказать, ну словно сигнал об экстренной эвакуации. Что-то вроде сирены. И получается никакого таинства. Понимаешь о чем я?

— Понимаю. Федя теперь в курсе, что ты какаешь. Не бабочками. И это все что тебя тревожит? – не скрывая иронии в голосе выдает Люся.

— Нет, не все. Недавно я захотела в туалет, но желания его посещать и оповещать ночью весь подъезд, ну и, собственно, Федора, мне не хотелось. Ночь все-таки.

— И? Ты надундила в кровать?

— Нет! Просто Федор проснулся и пошел в ванную.

— А с ванной что не так?

— С ней все так, ну более-менее. Только, когда он открыл дверь, в ней оказалась я.

— И что?

— Я была в самой ванне, а не в ванной комнате. На корточках, – Люся непонимающе смотрит на меня и лишь сильнее хмурит брови. – Я справляла там маленькую нужду, вместо унитаза.

— Ну и чо? Пусть скажет спасибо, что берегла его сон. Он после этого тебя не хочет? Издевается?

— Что? Нет, конечно.

— Тогда, что, блин, не так?

— Ну мне теперь стыдно. Ты что, не понимаешь?

— Вообще нет, не врубаюсь в чем трагедь. А когда вы виделись с ним в последний раз?