Книга Эксклюзив, страница 78 – Наталья Юнина

И каждый раз эта проверка заканчивается моим неконтролируемым хохотом. Невозможно оставаться серьезной, когда меня встречает дед Федя. Причем реальный дед. Ни за что бы не подумала, что очки, парик с седыми волосами и такие же усы с бородой могут сделать из него дедулю.

Кстати, два дня назад именно эта конспирация нам здорово помогла, когда Кротов неожиданно поднялся ко мне в квартиру через полчаса после того, как его охрана меня привезла в мою временную квартиру.

И, как назло, его же охрана и дежурила под окнами, не дав ясно зрячему незаметно перелезть через балкон. Так и познакомился сосед дед Федя, «пришедший ко мне за солью» с Кротовым.

Единственное, что мне нравится в этом спектакле – это ревность не Достоевского. Я прям наслаждаюсь этим. Но на этом все, он почему-то упорно не хочет меня делать взрослой. Однажды, разговор зашел в тупик:

– А ты не собираешься ко мне приставать?

– Нет. Твоя девственность – твой оберег.

– В смысле?

– В прямом. Кто из нас девственница и должен это знать? – дежавю. Недавно такое я спрашивала его. – Говорят, они всегда остаются в живых, в случае жопы вселенского масштаба. Поэтому, Элизабет, я согласен на секс после свадьбы.

Иногда мне жуть как хотелось соврать о том, что я массажирую Кротову спину и вообще он ко мне пристает, но всякий раз ловила себя на мысли, что это к хорошему не приведет.

Итого, за пять дней работы медсестрой у Даниила, помимо того, что у него шикарная попа, мне удалось узнать, что рядом с ним почти всегда есть ноутбук, в котором хранится явно что-то важное, а также сейф. В его кабинете мне удалось побывать уже трижды. И мне совершенно непонятно, зачем именно там делать капельницы.

Сегодня уже шестой день и снова его кабинет. Сейчас он смотрит на меня как-то особенно странно. И впервые за все время, он подходит к сейфу и демонстративно его открывает. Мне показалось или он реально начал набирать дату рождения своей погибшей жены? Уж ее то я успела узнать.

— Держи. Я совсем забыл о гонораре.

— А не жирновато ли?

— А ты договор читала внимательно?

— Ну нет, конечно. Кто-то его читает?

— Например, я.

— Ну вот поэтому вы и стали богатым, а я нет. Все по-честному. Ну что, делаем капельницу?

— Нет. Я не хочу капельницу.

— А что хотите?

— Сам не знаю, – задумчиво произносит он, потирая подбородок. Давай так: я заеду за тобой часам к шести вечера. Надень черное короткое платье и никакой помады. Обещаю не убивать, не насиловать, не трогать, если ты сама этого не захочешь. Я про трогать. Договорились? – молчу, не зная, что сказать. Я совершенно не понимаю, что ему от меня нужно. – Ты хочешь что-то спросить?

— А вы на учете в псих диспансере не состоите?

— Нет, – едва сдерживая улыбку выдает Даниил.

— А лекарства в капельнице, не связаны с психиатрией?

— Это врачебная тайна, а ты еще не врач. Ну так что, договорились?

— Нет. То есть да, но я хочу встретиться на нейтральной территории. И я сама приеду. В шесть я буду в центральном парке.

— Хорошо.

* * *

Сегодня мой «дед» впервые меня не встречает. От этого грустно. Я привыкла, что он меня осматривает. Мне это нравилось. А сейчас я чувствую себя опустошенной. И вроде понимаю, что Федор не из тех, кто врет и если он сорвался с места, значит у него действительно дела, но от этого не менее грустно.