Книга Эксклюзив, страница 104 – Наталья Юнина

Дура. Вот надо было мне ночевать в ночь перед свадьбой у бабушки? Дурацкие приметы погубили лучший день в моей жизни!

Обливаю лицо холодной водой и ничегошеньки не помогает. Слезы так и льются, а глаза и губы опухают все больше.

— Лиза! Ну сколько тебя звать? – вздрагиваю от стука в дверь. – Федор звонит.

— Я сейчас выйду, бабушка.

Выключаю воду и накладываю на лицо жирным слоем крем, аля маска. Так на моем лице хотя бы не заметно опухшие веки. Подхожу к телефону и беру трубку.

— Привет.

— Ты почему на мобильный не отвечаешь?

— Не слышала.

— А где была?

— А что тебе сказала бабушка?

— Что ты сидишь в туалете, – ну хорошо, что не на унитазе.

— Я была в ванной, а, впрочем, неважно.

— Что случилось?

— Ничего.

— Ты меня за идиота держишь? Что у тебя с голосом?

— Нормально у меня все с голосом.

— Я еще раз спрашиваю, что случилось?

— Ничего. Просто встала с утра, хотела сделать прическу и… накрутила такого барана на голове, что хочется постричься налысо.

— Тоже мне проблема. Сейчас семь утра, помой голову и больше не крути барана.

— Да, так и сделаю, – после небольшой паузы, наконец выдаю я.

— Лиза?

— Что?

— Дело же не в бараньей прическе, – не спрашивает, скорее утверждает.

— В ней.

— Ты передумала выходить замуж?

— Нет, конечно!

— Ну, слава Богу, я услышал правду. Так что случилось?

— Я уже сказала.

— А если я сейчас приеду?

— Это плохая примета. Так что я тебя не пущу. Все, Федь, мне нужно идти исправлять этот ужас. Не обижаешься?

— Ну, конечно, обижаюсь, что ты врешь. Что в реале случилось? Ты нанесла какую-то новую хероту для красоты на лицо, и вся опухла?

— Нет.

— Наелась на ночь селедки и сейчас выглядишь как пропойка? – хорошего же ты мнения обо мне, без пяти минут муж.

— Конечно, нет.

— Тебя обсыпало прыщами?

— Нет.

— Ты начала выщипывать брови, случайно вошла во вкус и осталась без бровей?

— Нет.

— С одной бровью? – ну вот, как он это делает?

— Нет.

— Что-то съела и тебя обсыпало сыпью?

— Нет.

— Даже если у тебя что-то из этого есть – все это ерунда. Ты красивая, а я всяко пострашнее. А самое главное, у меня выскочил герпес на губе, так что не переживай, что бы ты там с собой ни сделала, все будут обсуждать мою губу.

— Какая прелесть.

— Не жалеешь, что решила ночевать не со мной? – ну вот же гад какой. Накаркал.

— Неа. Приметы надо соблюдать.

— Ясно. Ну ладно, не буду тебя задерживать. Паспорт только не забудь.

— Не забуду.

К гадалке не ходи, нет у Федора никакого герпеса. Но выглядит подбадривание ясно зрячего очень мило.

Спустя несколько минут я смываю остатки жирного крема и даю себе четкую установку – больше не лить никаких слез. Бабушка, увидев мое лицо, стала поднимать панику.

Рассказать ей о том, что случилось с платьем, после покупки которого она сокрушалась несколько дней, это подписаться на часовой ор. И, как минимум, лекцию о том, что такое расточительство к добру не приводит.

Собственно, Неповторимому тоже не следует говорить правду, ввиду нежелания испытывать на себе очередной поток шуточек с непременным указанием насколько я Е. Банько.

Бабушка кружит надо мной, постоянно охая и ахая при виде моих отечных глаз. То подсовывает примочки из тертого картофеля, то меняет их на чайные пакетики, то что-то читает, похожее на заговор. Наверное, и дальше бы что-то колдовала, если бы не позвонили в дверь. Гостьей оказывается Люся, пришедшая на полчаса раньше обговоренного времени.