Онлайн книга «Sos! Мой босс кровосос!»
|
Почемуууу, почемуууу, почему такой дебил Бил бил бил, бил бил бил бил и добил себя дебииил Все сижууу и сижуууу и сожрать тебя хочу Синнабон бон бон бон бон, вкусный, сука, он он он Мне нельзяяя, но плеваааать, я готов тебя сожрааать» Дергает головой и продолжает щелкать пальцами в такт к башке. Реально дебил. Кто-нибудь, вызовите санитаров! — Подхватывай, Снежана Викторовна, а то так и оставлю тебя на дереве и лестницу не дам. Давай. Давать тебе будет успокоительное психиатр. А что если я тут и вправду останусь, если не подхвачу? Ой, блин… На очередном громком щелчке и звонком «пой», мой рот открывается сам собой в такт Кротовского мычания мелодии: «Я на дереве сижуууу и на психа все гляжу, Все гляжуууу и гляжууу, галоперидола ждууу. Уколоть его задооок, чтоб не нес еще разооок, Ту фигнююю, ту фигнююю, что изверг его язык. Я на дереве сижу и понять его хочу, Но никааак, но никаак, санитаров жду вот так» Этот идиот начинает смеяться. Искренне так, и смех его заразительный и беззлобный. — Я же говорю, подобное тянется к подобному. Обычный бы человек покрутил пальцем у виска, а ты подхватила. — Не могли бы вы подать мне свой телефон? — Зачем? — Я вызову псих бригаду. — Здесь не ловит мобильник. Хочешь я помогу тебе продать твои комнаты в коммуналке? — резко меняет тему Кротов, срывая травинку. Он подносит ее ко рту и начинает покусывать. — Без твоего личного участия. — Хочу. Ну и что вы за это потребуете? — Ничего. — Люди не делают что-либо просто так. — Будем считать, что я забочусь о твоем психическом здоровье, — о своем бы позаботился. — Ты когда-нибудь влюблялась? Правду и только правду. В договоре, кстати, есть пункт о штрафе за вранье, — серьезно, блин?! — Ну так что? — Влюблялась. — Сколько раз, как давно, в кого. Как ты при этом себя вела и что чувствовала? — И зачем вам эта информация? — Дело в том, что я совершенно не представляю тебя влюбленной. Стало интересно, как ты будешь себя вести, когда в меня влюбишься. Ну, чтобы не пропустить этот момент, — вот как ему удается говорить такие вещи с полной уверенностью и непроницаемым лицом? — А вы серьезно думаете, что это случится? — Конечно. — И что будет, если это случится? Вы меня уволите? — Не если, а когда это случится. Да, придется со временем уволить, — ну раз так. — Будем считать, что я в вас влюбилась еще вчера. Вот прям там, на комоде. Увольняйте. Только сначала мои комнаты продайте. И в качестве компенсации за ведро, можете взять себе десять процентов от продажи. — Щедрая ты моя. Мой вопрос по-прежнему в силе. — Один раз. Это был мой одноклассник. Мне было четырнадцать. Я делала вид, что он мне безразличен, потому что он не обращал на меня внимания. Я сохла по нему полтора года и… — Почему не обращал? — Может, потому что у всех вокруг уже выросла грудь, а я была жутко худая и без единой выпуклости. А может, потому что не умела себя подать. В свободное от школы время я ходила около его дома в надежде встретить его не с кучей вешающихся на него девочек. — И? — И разочек встретила. Правда, так засмотрелась на него, что шмякнулась в лужу. Но он, как ни странно, помог мне и даже предложил пойти к нему домой застирать колготки. — И ты пошла? — Пошла. — А потом он трахнул тебя и бросил? — придурок. |