Книга Пропала, или Как влюбить в себя жену, страница 87 – Наталья Юнина

— Что-то случилось? - с удивлением спрашивает он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Двери надо закрывать, когда в доме посторонние люди. Вот что случилось. Тебя этому не учили, Глеб? Мало ли кто зайдет в твой кабинет.

— В доме моя бабушка и твоя сестра. Тем более в моем кабинете, как ты помнишь, есть камеры. Думаю, мне не стоит опасаться за свою жизнь и наши богатства.

— Не делай из себя дурака. Ты всегда был умным и хитрожопо-прошаренным. Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.

— Что? - невозмутимо бросает Глеб, потянувшись к моим волосам. Ладно, спокойствие. Только спокойствие.

— Почему ты спишь здесь? Почему не в нашей спальне?

— Кажется, я сказал сегодня ночью, что буду спать в нашей спальне, когда ты этого захочешь. Если ты этого хочешь, то пойдем вместе. Только это должна сказать ты сама, а не я.

— Да… какой же ты все-таки гад, - закусываю губу, борясь с желанием стукнуть его. - Это все сделано для того, чтобы я сказала, что хочу, чтобы ты спал со мной?

— Это сделано для того, чтобы ты поняла, чего хочешь, и сама мне об этом сказала. А почему ты злишься? Что я такого делаю, от чего ты так сжимаешь руки в кулак?

— Ты прекрасно знаешь, что ты делаешь. Ты ставишь меня в неловкое положение перед той же Дашей.

— Чем?

— Тем, что спишь не со мной, а в кабинете!

— Во-первых, чуть тише. Во-вторых, мне надо спать с тобой только для того, чтобы твоя сестра не подумала, что мы спим в разных помещениях? Я правильно понимаю? Чего ты молчишь, Сонь?

— Встань и иди спать на нашей кровати, - по слогам проговариваю я. - Пожалуйста.

— Произнеси вслух зачем, тогда встану и пойду.

— Да, я забыла с кем имею дело.

— Ты не забывала, не лукавь. Знаешь, Сонь, язык нужен прежде всего для того, чтобы говорить. А вот ты им плохо пользуешься. Я ведь спросил тебя сегодня – мне увезти твою сестру. Что ты ответила? Нет. Твой ответ был четким – «нет». Ты могла ответить «да» и сейчас бы ее здесь не было. Я даже в сию минуту могу прийти к ней в комнату, собрать ее вещи и посадить в машину с личным водителем прямиком до Питера. Могу сейчас же встать и пойти в нашу спальню, если ты хочешь этого не для того, чтобы утереть нос сестрице, а сама. Только это все надо произнести вслух, Соня. Вслух.

— А тебе самому приятно, что моя сестра сегодня говорила? Самому не хочется выставить ее за дверь?

— А что она говорила? Еду готовила не ты, брата ты своего любишь с детства… Или она не права? - долго смотрю на Бестужева. И не знаю, что сказать. Не могу. Просто не получается сказать вслух, что я хочу, чтобы он ночевал в комнате не из-за Даши. Еще сложнее сказать, что я боюсь, что он обратит на нее свое внимание. Почему? Ну почему это так сложно?

— Спокойной ночи, Глеб, - как можно спокойнее проговариваю я, после небольшой паузы и отъезжаю от дивана.

И только у самой двери Бестужев произносит тихое, но очень уверенное:

— Пока не скажешь вслух сама то, что хочешь, я ничего не буду делать, Соня.

Ничего не отвечаю. Молча закрываю за собой дверь и еду к лифту. И только, когда добралась до спальни поняла, что моя жизнь в очередной раз подкинула мне сюрприз в виде небольшого, но очень четкого осознания. Я спокойно реагирую на звонки Сережи, не думаю о нем двадцать четыре часа в сутки. Нет, не так. Я вообще о нем не думаю. Ни разу не подумала и не представила его девушку рядом с ним. И совершенно никак не восприняла Дашину новость о том, что Сережа живет с ней вместе. На меня это никак не повлияло. Я не думала о них. Раньше это было так естественно. Я только и делала, что думала о его девушках, начиная лет с тринадцати. Сейчас же девушек, женщин, помощниц, сестру я представляю, разве что… с Бестужевым. Ужасно даже думать об этом, но это, блин, самая что ни на есть ревность. И мысли. Мысли все о нем. Как? Когда все пошло по другому сценарию? Как так, Господи? Как я могла влюбиться в Глеба?