Книга Пропала, или Как влюбить в себя жену, страница 71 – Наталья Юнина

— А теперь можно возвращаться.

— Снова понесешь меня на руках?

— Нет, поволочу по полу, чего это мне спину напрягать.

— Вот обязательно это было говорить?! Я имела в виду, что лучше будет поднять сюда кресло, а не тащить меня среди всех людей.

— Лучше было бы, если ты не выпендривалась и приехала со мной, – молчу, не зная, что ответить. - А здесь уже я решаю, как лучше. Я рад, что ты здесь, но повторюсь – больше так не делай, - приподнимает меня на руки и идет к выходу.

Глава 24

Не знаю, когда именно я перестала наблюдать за происходящими фокусами на сцене и стала анализировать сегодняшний вечер. Скорее всего, когда Глеб встал из-за стола, прихватив свой мобильник. Зачем я обернулась спустя несколько секунд, после того как Бестужев ушел – тоже не знаю. Ничего хорошего я там не увидела. В конце зала его ждала расфуфыренная стерва, смешавшая меня с дерьмом. Рациональная часть меня понимала, что Бестужев с ней работает. Это нормально, вот так встать и выйти по работе, вот только другая часть меня резко взбунтовала, когда в памяти всплыл недавний разговор. Он говорит с ней обо всем. Даже о том, что я его дважды покалечила. Разве это нормально? Нормально вот так говорить с какой-то девкой и рассказывать такие вещи обо мне. О нас. Она ведь сто процентов знает, что я не сплю с Бестужевым. Вот это осознание как-то неприятно оседает в груди.

Да, я трусиха, не знающая, как правильно жить, и которая не может на что-то решиться, но я, по крайней мере, не рассказываю о нашей жизни всем подряд. Варя – это другое. Да и она женщина. Я же не рассказываю о своих проблемах мужику. А он с какой-то посторонней девкой меня обсуждает. И вообще, разве мужчина и женщина могут дружить? Что это вообще за такие отношения? Первое, что приходит на ум – она тупо в него влюблена, но тут же отметаю от себя эту мысль. Во-первых, за десять лет, которые упоминал Глеб, она бы точно уложила его в кровать, а, возможно, уже и женила его на себе. Просто потому что она… симпатичная. Ну ладно, объективно, возможно, даже красивая. При желании такая уж точно возьмет все в свои руки. Это не я рохля. Да и говорила бы она со мной по-другому. И сыграла бы более хитро. Намекнула бы на близкие отношения и то, что он с ней делится всем, а меня такую инвалидку скоро отправит в папин дом. А не вот это вот все. Она ведь мне типа выбор дала. Дура какая-то. Хамло. Вообще непонятная девка. А может просто забыть все и не ковырять мозг Бестужеву этим разговором? Ведь любит он меня. Сам же сказал. Никто его за язык не тянул. И мне это точно не послышалось. Любит… Любит… Любит… а я его носом тычу в браслет. Кстати, о браслете. Откуда он вообще знает, что это подарок от Сережи на мое восемнадцатилетие? Я ему об этом точно не говорила.

— Планы немного меняются. Мы сегодня едем домой, - врезается в мое сознание голос Бестужева.

— Что-то случилось?

— Нет. Просто моя бабушка приехала. Как-то нехорошо будет ночевать здесь. Посидим еще полчаса максимум. К тому же, представление уже закончилось.

— Ага, - бурчу себе под нос, мысленно холодея от новости о бабушке.

Перед глазами встает моя бабушка. Такая же выдра. А учитывая, что Бестужев тот еще задира – там не может быть нормальной бабули. Представляю, как та брезгливо будет осматривать меня и мое кресло. Ну, конечно, единственный внук и вообще родственник, женился на инвалидке. «Она тебе даже внуков не родит, Глеб. Одумайся. Нам инвалиды в семье не нужны. Столько прекрасных девушек вокруг. Да вот прекрасная Анжелочка, чем ли тебе не пара?» Фу! В моей голове она проговорила голосом моей бабушки. Не к добру это. Вот совсем не к добру. Аж тошнота к горлу подступила. И это еще бабуля не знает, что ее внука женушка не балует сексом. Ой, а готовка-то, готовка! Потычут меня носом в аппетитную «корочку». Мне пипец. Полный и безоговорочный пипец. А это похуже всяких Анжел и Снежан. Господи, что за имена такие… проститутские? А хотя, к черту эту Анжелу. Может притвориться, что мне нехорошо и подняться в номер Бестужева? Нет, наш номер. Там типа заснуть и ни к какой бабушке я ни ногой?