Книга Пропала, или Как влюбить в себя жену, страница 44 – Наталья Юнина

«Ну как я могу оставить ее одну на три дня?! Давайте я все же вернусь завтра в обед и скажу, что у меня нет ничего страшного. Чем-нибудь обкололи и уже не чувствую больше боли?»

«Нет. Во-первых, я справлюсь сам. Во-вторых, я хочу побыть с ней без посторонних лиц. Все. Пиши только по делу. Облажаешься – уволю»

Пролистнула еще несколько сообщений, лишний раз подтверждающих, что Варя симулировала по указу Бестужева. Переписка оказалась маленькой и в принципе не очень информативной, но этого, равно как и звонков хватило, чтобы у меня появилось желание оставить на лбу Бестужева реальную дыру, а Варю – записать в предательницы. Сжимаю в руках телефон и не знаю как теперь себя вести. Совершенно не знаю. С одной стороны – хочется лично вмазать Глебу в морду, с другой – ничего страшного тогда не случилось, да и Варя – по сути выполняет то, что ей указали.

Когда увидела совсем рядом фигуру Бестужева, вздохнула все же с облегчением. Живой. А вмазать ведь всегда можно успеть. Правда, так я думала до тех пор, пока не увидела идущую за ним женскую фигуру. Понятно, нашел-таки шлюхастую. Упорства ему не занимать.

— Сонь, открой, - стучит в стекло со своей стороны.

— Мужчина, я вас не знаю. Сосите отсюда, иначе дядек в форме вызову. Ой, я имела в виду чешите отсюда, - с ехидством в голосе отвечаю я, копируя точь-в-точь его интонацию.

— Открой двери.

— Нет. Соси прощения. Ой, я имела в виду проси.

— Живо открой машину, - вот уж чего я не ожидала, так это того, что он мне совсем не подыграет, более того, голос у него грубый. Нехотя открываю двери и отворачиваюсь к окну. Бестужев тут же приоткрывает заднюю дверь шлюшке, сам же усаживается на водительское кресло.

— Держи, - кладет мне на колени мою сумочку.

— Извините меня, пожалуйста. Я не знала, что так получится, - доносится сзади жалостливый голос девки. - Они неплохие парни, мы в одном университете учимся. Мне кажется, что они что-то употребили, когда я плавала. Они никогда не были агрессивными, тем более не приставали. Не знаю как так, они же мои друзья. Мне очень стыдно, что вам досталось.

— Так стыдно, что ты умотала, тогда как у тебя есть две ноги и две руки, - подаю голос, не в силах сдержаться. И да – нельзя дружить с друзьями, у которых на тебя стояк. С такими сиськами могла бы об этом и догадаться, - чувствую на себе взгляд Бестужева, но не поворачиваюсь в его сторону, демонстративно открываю бардачок и закидываю в него телефон.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Я растерялась. Извините. Можете подбросить меня до остановки. Тут направо и потом прямо пару минут.

— Хорошо, - совершенно спокойно произносит Бестужев в своей излюбленной бесячей для меня манере.

За это время никто не произнес ни звука. Я думала только о том, как со всей силы вмазать Глебу, только тогда, когда он этого не будет ждать. Пусть думает, что я бешусь из-за девки. Хотя бесит она меня неимоверно сильно. Особенно, когда довезя ее до этой самой остановки, он еще ждал две минуты, пока не приехал автобус. Офигеть. Просто немыслимо!

— Давай договоримся на будущее – есть я и ты, - стоило нам только отъехать от остановки, как Бестужев первым заговорил. - И уже наше «соси» должно оставаться между нами, и при ком-то это произносить крайне неуместно.