Книга Безнадежно влип, страница 78 – Наталья Юнина

— Ты так говоришь словно отдаешь мне ребенка, а сам уходишь на войну.

— Ну, скажем так. У всех бывают заскоки. Так вот, я загадал: не погубишь и сохранишь их, то все у нас будет хорошо, – а я думала только я малость того, но так даже интереснее.

— С этого и надо было начинать. Я уже бегу за удобрениями.

— Я серьезно, Маш.

— Я поняла. Куда ж я денусь. Сохраню все в лучшем виде. А ты только так меня будешь греть?

— Ты по-другому не заслужила. Сначала съешь на ужин тарелку манки, а потом, если будет желание, можно и по-другому. Главное не извергни на меня манку.

— Обязательно извергну именно на тебя, если посмеешь меня ею накормить. Вообще, замолчи и поцелуй меня. У губ уже некроз, не видишь, что ли?

* * *

Сказать, что будет романтично – легче, чем это принять. Не хочу отсюда уезжать, хоть тресни. Обвожу взглядом комнату, столь любимый диван и хочется снова совершить какую-нибудь глупость, аля приковать себя наручниками к этому месту.

— Ну что, все собрала?

— Не все. Много чего оставила. Примета такая, чтобы вернуться. Так что не надейся, что меня здесь больше не увидишь, Мишенька.

— Маш, ты неподражаема, – тянет меня на себя, целуя в губы.

— Благодарю. Это же комплимент?

— Ну, пусть будет, да.

— Ммм… слышь какая песня хорошая. Романтичная.

— Это намек, что ты хочешь лишить меня сейчас танцевальной девственности? Ну давай. Танец, так танец.

— А это что, прощальный подарок? Обойдешься. Я тебя ее лишу при других обстоятельствах. Например, на первом свадебном танце.

— Ой, Маша, – демонстративно цокает.

— Ой, Миша. Все, поехали, женишок уже заждался.

А судя по времени, мы действительно уже задержались. Всю дорогу пялюсь на профиль Миши. Впервые за прошедшее время понимаю, что хочу рисовать. Пожалуй, этим и займусь дома. Медведевский профиль меня отлично отвлечет.

— Мне кажется, у меня в виске уже дырка.

— Тебе так кажется.

— За разглядыванием меня, ты пропустила тот факт, что мы уже приехали.

Оглядываюсь по сторонам и понимаю, что Миша не шутит.

— Не грусти, а то кое-что не будет расти.

— Что?

— Волосы.

— А мне и этой длины хватит. Тебе на радость только. Не буду засорять слив в ванной.

— Ну да, тогда грусти, конечно, – улыбнувшись, произнес Миша. – Слушай, помнишь я тебе говорил про цветок вчера?

— Я не настолько отмороженная, чтобы это забыть.

— Я тебе не все сказал. Зимой их вообще никто не рекомендует покупать. Я выбрал те, которые покрепче, но все же. У восьмидесяти процентов новичков розы погибают от неправильного ухода.

— Зачем ты мне об этом говоришь сейчас?

— Хочу, чтобы ты вошла в двадцатку.

Несколько секунд смотрю на Мишу, обдумывая его слова, и вместо того, чтобы предъявить ему претензию за то, что купил такой проблемный цветок, я почему-то радуюсь от «хочу, чтобы ты вошла двадцатку».

— Я научилась готовить, убирать и, о Боги, даже чуть-чуть заниматься этим. Так что цветок – не проблема. Сиди, – одергиваю его руку, как только Миша хочет выйти из машины. – Не надо меня провожать до его машины. Не хочу никаких провожаний. Ты просто подвез меня. Вещи не тяжелые, – ну вот, если поцелует сам, то все точно будет хорошо.

— Как скажешь, – давай, давай, ну целуй. Да! Да! Да!

— Я напишу, – отрываюсь от его губ первая.

— Буду ждать.