Книга Осторожно! Маша!, страница 20 – Наталья Юнина

— Откройте пакетит, который слева, он лично для вас. Сашенька, слева это вот эта рука. А второй пакет уже можно отдать мне.

— Я к этому и потянулся вообще-то.

— Да, я так и поняла, - Саша заглядывает в пакет и удивленно на меня смотрит.

— Мыло, крем для рук?!

— Да. Мыло, чтобы вы и ваши руки вкусно пахли, ну как нравится мне, а крем сами понимаете, чтобы ваши руки стали гладкими.

— А на кой хрен мне упаковка тряпок и жидкость для мытья стекол?

— Это чтобы оттирать стол от пальцев вашей грязнули, ну Катюши в смысле. В общем принесла все, что понадобится в хозяйстве и для хозяина, то есть для вас.

— Ой, Маша, оторвут тебе когда-нибудь голову и ведь никого не окажется рядом.

— Уверены, Александр Вадимович, что никого не окажется рядом?

— Проходи уже в гостиную, язва. Ты однозначно полностью вылечилась.

— Так у меня же папа врач, грех не вылечиться. Вы обедали уже?

— Маша, сейчас без пятнадцати два, а встал я в двенадцать. Конечно же я не обедал.

— В двенадцать?!

— Да.

— И ничего не ели?

— Чашка кофе с сахаром.

— Да…. Тяжело нам придется, ну ничего отучим.

— Что?

— Ничего. Говорю, что сегодня я вам готовлю обед, ну и не только вам. Итальянскую кухню любите?

— Люблю.

— Тогда я начинаю готовить, мы быстро поедим, и я продолжу рисовать, договорились?

— Ты удивишься, но я за.

* * *

Вот уж не думал, что наблюдать за ней будет так приятно. Невооружённым взглядом видно, что девчонка готовит не впервые. Я бы сказал профессионально готовит, ощущение, что кухня ее стихия. Прекрасный вид, прям глаз радуется от такой картины, а без этой дебильной повязки Машка просто красотка. Одно напрягает-разоделась для меня. Не хочу ее рассматривать как возможный сексуальный объект, парня ей надо и лучше ее возраста. И вообще, что я делаю, на хрен позвал ее сегодня? И зачем давать ложную надежду девчонке? Краснов, ты придурок. Хотя с другой стороны, я что не трахал семнадцатилетних? И пятнадцатилетние были, правда и мне было шестнадцать.

— Вы слишком много думаете, Саша.

— Какая ты наблюдательная. Кто тебя научил готовить?

— Ксюша, моя...

— Мачеха. Я запомнил. Ты удивишься, но иногда мужчины слушают то, что им говорят женщины.

— Рада за вас. Только я не женщина.

— А кто мне тут втирал про шестерых парней, с четырьмя из которых ты спала?

— Это другое.

Я не знаю, что мной движет и зачем я это делаю, но ноги сами меня несут прямиком к Маше. Ставлю руки на кухонную стойку и смотрю прямо ей в лицо. На секунды она теряется и не знает, что делать. А я смотрю в ее глаза, обрамленные длинными ресничками, и впервые замечаю их серо-голубой цвет. Красивые, как впрочем и сама, хотя раньше так не думал. Сам себе усмехаюсь, еще чуть-чуть и девчонка реально будет иметь ораву парней.

— Маш, - томно тяну ее имя. - А ты во сколько девственности лишилась? - бедная Машка сглатывает, но стойко выдает ответ.

— В шестнадцать.

— И за два года перебрала столько парней? Ай-ай-ай.

— Матери Джульетты было двадцать восемь лет, а самой глупой суециднице было четырнадцать, то есть мать Джульетты уже вовсю зажигала в тринадцать. Вот это рано, - пару секунд и я откровенно заливаюсь смехом.

— Что не так? - возмущенно спрашивает Маша.

— Да, ничего. Смешная ты просто. Тогда трахались уже в одиннадцать и то, только потому, что долго не жили. Ладно, Маш, хватит мне заливать, мы же оба знаем, что у тебя не было шестеро парней. Максимум один, и то какой-нибудь ушлепок на выпускном, ты напилась, и он тебя впервые поимел в туалете ресторана, ну или где вы там были?