Книга Заставь меня остановиться 2, страница 113 – Наталья Юнина

Богдан Лукьянов 20:13 «Да ладно, я уже жамкаю заказать. Гзоздики. Они по скидке»

Anna Konfeta 20:13 «Отлично. Красные закажи. Обожаю гвоздики. Только побольше»

Богдан Лукьянов 20:13 «Уже заказываю. Девять штук подойдет?»

Anna Konfeta 20:14 «Пятнадцать. И травы хоть какой-нибудь подкинь. Не уличной, а декоративной. Можешь гипсофилы, хотя они вряд ли по скидке»

Богдан Лукьянов 20:14 «Это что, намек на то, что у меня будет гипс за гвоздики?»

Anna Konfeta 20:14 «Как ни странно — нет. Есть такие цветочки, в букеты с розами суют»

Богдан Лукьянов 20:14 «Точно, я забыл, у тебя же мама флористка. Надо было у нее по скидке заказать»

Anna Konfeta 20:15 «Не надо, у нее дорого:))»

Богдан Лукьянов 20:15 «Чего еще желаешь?»

Anna Konfeta 20:15 «Честно?»

Богдан Лукьянов 20:15 «А то»

Anna Konfeta 20:16 «Это не романтичненько, но после твоего стишка я хочу кильки со свежим хлебушком. И побольше»

Богдан Лукьянов 20:16 «Ммм… гвоздики, килька и свежий хлебушек, ну что может быть романтичнее… Может, чего-нибудь еще хочешь?»

Anna Konfeta 20:16 «Я хочу к тебе. Очень хочу. Можно без вышеперечисленного»

Богдан Лукьянов 20:17 «Скоро увидимся»

Anna Konfeta 20:17 «Три дня — это не скоро»

Богдан Лукьянов 20:17 «Быстрее, чем может показаться. Как у вас дела с Никой?»

Anna Konfeta 20:18 «Нормально. Честно. Ладно, пойду я дальше крошить крошками на твою половину кровати:)»

Богдан Лукьянов 20:18 «Давай»

Откладываю телефон в сторону прекрасно осознавая, что больше Аня ничего не будет писать, и принимаюсь прокручивать в голове маршрут. Нормально получается. К десяти уже буду на месте.

Стою возле ворот без лыж, но определенно долбанутый. По крайней мере, на лицо точно дебил. В одной руке ведро кильки с пакетом из хлебобулочного. В другой — модняцкое «ведро» из розовых пионов. Ане подходит идеально. Стою недолго, минуты две, прежде, чем ошарашенная Аня в простой хлопковой пижаме-таки открывает калитку.

— Здрасте, Анна-конфета. Я же сказал, что скоро. Принимай свои «хочушки».

— Охренеть. Да ты… ты… ты романтик, Лукьянов!

— Фу, Аня, Фу!

— Ну все, все. Я так не успею ничего приготовить, — выскальзываю из рук Лукьянова и мигом встаю с кровати.

— На черта что-то готовить? Достань оливье и все, что осталось. Тоже мне проблема.

— А ничего, что за три дня им уже пора в мусор?

— Для гостей в самый раз.

— Фу, прекрати. Я же спрашивала тебя. Если против Лили, так бы и сказал.

— Так не против. Приглашай сюда свою подружку, но в постели-то поваляться можно, — лениво протянул Богдан, потягиваясь на кровати. Для него это по меньшей мере странно, учитывая, что на часах — половина двенадцатого. Хотя, в этом определенно что-то. Разнеженный и расслабленный Лукьянов сам по себе очень приятное зрелище.

— А мы поваляемся. В часиков семь завалимся с вкусняшками в кровать, — нависаю над ним. — Но еду надо обновить.

— Обновляй. Только закрой, пожалуйста, окно.

— Зачем вообще надо было открывать его в минус десять? — отталкиваюсь от кровати и подхожу к окну. Закрываю его и мигом натягиваю на себя теплый вельветовый костюм.

— Затем, что это плохо для носатой. Я прочитал, что при заниженных температурах, она может засыпать на несколько дней. Так что теперь в нашем доме будет всегда холодно. Кстати, в среднем эти твари живут шесть лет, но могут и до десяти. Второй варианта я точно не переживу, — как ни в чем не бывало, спокойно произносит Лукьянов, демонстрируя голливудскую улыбку. — Так что будем жить в холоде.